13:45 

Иииии наконец вот оно!

nastyKAT
У каждой крыши свой стиль езды.
ЭТО ДОЛЖНО БЫЛО КОГДА-НИБУДЬ СЛУЧИТЬСЯ

Название: Another Fine TES
Автор: nastyKAT
Форма: миди, 7808 слов
Пейринг/Персонажи: Скив, Ааз, Мартин Септим и многие другие
Категория: джен
Жанр: POV, приключения, юмор
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Из Скива не вышло хорошего вора, и сидеть бы нашему орлу за решёткой в темнице сырой, если бы по иронии судьбы он не оказался в той самой камере...
Примечания/Предупреждения: Герои М.И.Ф.ов в сеттинге вселенной TES; кроссовер книги "Другой Великолепный МИФ" с игрой TES IV: Oblivion; АУ по отношению сюжета игры; постканон относительно М.И.Ф.ической серии

Пожалуй, самое лучшее в любом процессе обучения то, что никто, кроме тебя, не знает, ленишься ты или у тебя действительно не получается.
А если у заклинания нет внешних эффектов вроде огненных шаров, фиолетовых защитных куполов, ветвистых молний или ещё чего-то вроде, то можно даже притвориться, что ты успешно тренируешься.
Увы! С Гаркиным фокус никогда не прокатывал.
— Скив! Ты практиковался в «Водном дыхании»?
— Конечно, учитель!
— А если я тебя в бочку с водой на полчаса засуну, продержишься?
Я сник.
— Вот то-то и оно, — Гаркин вскинул палец вверх и тряхнул бородой. — Я знаю, зачем ты учишь магию, поклонник Серого Лиса. Но без тренировок у тебя ничего не выйдет даже при природной склонности!
Я покраснел и опустил взгляд.
Магом мне действительно стать не хотелось никогда, несмотря на имеющиеся способности. Зато к тому, чем я желал заниматься, у меня как раз ни малейшего таланта не было, что за напасть! Я не мог взломать даже самого завалящего замка, даже с одной бороздкой! Поэтому путь в воровское общество для меня лежал только через магию школы Изменения, позволяющую вскрывать даже самые сложные замки лёгким движением руки.
Но выучиться в Сиродииле магии — то ещё развлечение! Для того чтобы получить доступ в Университет, соискатель должен зарекомендовать себя во всех отделениях гильдии. То есть объехать всю провинцию на свои средства, да ещё и выполнять какую-то работу практически за бесплатно. Путь явно не для фермерского сына.
Но мне повезло.
Как-то раз, наткнувшись в лесу на ветхую избушку, я счёл её необитаемой и решил проверить, вдруг найдётся, чем поживиться. А нашёл Гаркина, старого и эксцентричного волшебника, который стал моим учителем.
— Но почему именно «Водное дыхание»? — проворчал я в который раз. — Почему не «Открытие замков»? Хотя бы самое простенькое?
— Потому что я не хочу, чтобы ты однажды ушёл из моего дома, прихватив всё самое ценное, — отрезал Гаркин. — Заклинания взлома ты узнаешь перед тем, как я выпихну тебя отсюда, а пока развивай свою ауру другими заклинаниями соответствующей школы. Когда сумеешь удерживать «Водное дыхание» хотя бы полчаса, покажу тебе «Щит».
Я вздохнул и вскинул руку вверх, кастуя учебное заклинание, которое успело надоесть мне до кланфиров. По коже от кончиков пальцев до пяток пробежал лёгкий холодок, сигнализирующий о том, что на этот раз у меня всё вышло. Но вот сколько минут продержится моё магуйство — я не знал. Да и проверять боялся, если честно. У меня с водой сложные отношения.
Меж тем Гаркин занялся чем-то интересным. В жаровню летели какие-то травки и корешки, мерно булькал перегонный куб, сам учитель размахивал руками, творя волшебство. Я тихонько подобрался поближе, наблюдая. Это выглядело одновременно потешно и серьёзно, мне хотелось и хихикать, и благоговейно внимать. Поэтому я просто молча пялился.
— Я решил, что стоит тебе показать величие магии, — пояснил Гаркин. — Поэтому сейчас я проведу вызов даэдра.
Ого! Я присвистнул. Стало любопытно и немного страшно. Даэдра — они другие. Не такие, как мы. Они живут где-то за пределами Нирна, и оттуда проникают к нам. Они бессмертны. Чаще всего они хотят нас убить.
К счастью, Драконьи огни в Имперском Городе надёжно защищают нас от массовых вторжений. А одиночные не так опасны и порой даже полезны. Даэдра — хорошие воины, я бы даже сказал — отличные, и многие маги призывают их в качестве телохранителей.
Лично я с даэдра до сих пор был знаком в основном благодаря страшилкам типа «надо слушать мам и пап, а не то вас всех съест скамп» да по ругательствам. Ну, и у Гаркина как-то на книжку с картинками наткнулся, узнал хоть, как они выглядят.
А сейчас увижу вживую!
Я старательно не путался под ногами и даже помог учителю нарисовать удерживающий рисунок, чтобы призванный даэдра не смог до нас добраться.
Прозвучало заклинание… В красной вспышке появился ОН. Я как заворожённый уставился на призванное существо. У него была красная кожа с полосатым рисунком на лице, белые волосы до плеч и рога на лбу. Но не это меня поразило больше, а то, что на дремора была одежда — чёрная роба мага. Я почему-то думал, что это будет воин дремора в жутких шипастых доспехах, как на картинке, или огромный зивилаи, или даже даэдрот. А оказался дремора-маг.
— Во славу Ситиса!
Что?
Я оглянулся на звук и окаменел. На пороге стоял аргонианин в кожаном комбинезоне. Глубокий капюшон не позволял разглядеть лицо, но хвост-то никуда не спрячешь. А в руках ящерица держала странный по форме лук, направленный на учителя!
— Убей его! — крикнул Гаркин, взмахнув рукой, и одновременно убийца Братства что-то сделал со своим оружием, и лук выстрелил.
Сильный толчок отшвырнул меня к стене. Дремора смёл досадную помеху, стоящую на пути приказа, подскочил к аргонианину, схватил за голову и с хрустом провернул, ломая шею. А потом он обернулся, и наши взгляды встретились.
Я похолодел, прочитав в его глазах приговор. «Ты мне понравился, мешок костей и плоти, — говорил холодный нечеловеческий взгляд. — Я хочу, чтобы ты был моим, и я заберу тебя с собой, в царство вечного страдания. Ты будешь умирать долго». Конечно, мысли я читать не умел, но там и читать нечего было, всё на лице написано! Жадное такое выражение, хищное… Дремора сделал шаг вперёд. Я не выдержал и зажмурился, сжавшись в комок.
Ничего не происходило.
Я осторожно открыл один глаз. Дремора нигде не было.
Гаркин смотрел в небо остекленевшими глазами, из его живота торчала странная короткая стрела, а из груди — кинжал. Учитель убил себя, чтобы порвать нить, удерживающую даэдра в нашем мире. Он и так был не жилец, стрела попала в район печени, но всё равно я испытал острый приступ благодарности к наставнику.
Я был плохим учеником, честно говоря. И тренировался в школе Изменения, а не Разрушения. Но, когда я покидал заброшенную избушку, огненный шар у меня вышел просто заглядение!
Покойся с миром, учитель. И пусть Ситис подавится душой твоего убийцы.

***

Я бессильно ударил кулаком по стене и выругался. В противоположной камере юродствовал какой-то данмер, предлагал воспользоваться хвалёной бретонской магией, чтобы выскользнуть.
Вот надо же было так не повезти!
У меня с собой практически не было денег, до Имперского Города добирался пешком около недели. По прибытии мне повезло выйти на Гильдию Воров, они даже выслушали меня и согласились дать испытание.
Вот на испытании моё везение и окончилось.
Я сел на табурет, вцепившись пальцами в волосы. Я же даже не успел ничего украсть! Почему же меня приговорили к такому длительному заключению?..
Мои печальные размышления о собственной незавидной судьбе прервали чьи-то шаги. Ещё один заключённый? Плевать, мне-то это никак не поможет!
— Эй, здесь кто-то есть!
— Что в этой камере делает заключенный?
Я вскинул голову и… Моему удивлению невозможно подобрать слов! Императора нашего я видел только на монетках, в виде профиля, но кем ещё может быть старик в богатой горностаевой мантии, да ещё с такой побрякушкой? Ромбический рубин, почти с ладонь размером… Да у меня внутренние счёты ломаются при попытке представить, сколько может стоить такая вещь!
Скив-Скив, дурак ты и не лечишься. Такой камень — один на всю Империю, кому его сбывать-то? Но подержать такое сокровище в руках было бы приятно…
— Заключённый, отойди к стене! И не двигайся, иначе мы тебя убьём!
Грозный окрик стражника заставил очнуться от мечтаний, я зайцем метнулся в самый дальний угол и притих. Жить ещё хотелось.
Император сам ко мне приблизился.
— Я видел твоё лицо во снах…
— Правда? — я настолько оробел, что на что-то более членораздельное меня не хватило. — И что я там делал?
Глупый вопрос, не скрою.
— Тебе предстоят великие деяния, мальчик мой, — сказал император Уриэль Септим и развернулся к тайному ходу, который успел открыть кто-то из телохранителей. — Но ты не сможешь их совершить, если и дальше будешь гнить в камере.
Я не поверил своим ушам — сначала, а потом скользнул во тьму тайного прохода. Раз уж сам император просит меня сбежать, я просто не могу отказать ему в одолжении!
Уже через пару поворотов я наткнулся на трупы. Странные типы в красных мантиях лежали вповалку. Но и отряд защитников Уриэля понёс потери — девушка-страж тоже осталась здесь. Моё внимание привлёк её меч, довольно необычной формы.
Порой я становлюсь похож на сороку — тяну в карманы всё, на что падает взгляд. Вот и сейчас не смог устоять перед искушением и прихватил острую железку. Зачем только, если я даже кинжалом только картошку чищу?
А потом я заблудился. Не то чтобы заблудился — одна из дверей оказалась заперта, и я, чтобы не возвращаться в камеру, свернул в какой-то пролом в стене.
Ой, какой полезной оказалась скромная «Искра»! Без этого заклинания я, наверное, и не прошёл этих жутких подземелий. Крысы, гоблины, даже зомби! Зомби был безголовый, гнилой и вонючий, и меня от выворачивания желудка спасло только то, что я уже давно не ел нормально.
А потом я как-то незаметно выскочил на императора с телохранителями. Думал — всё, убьют! Обошлось. Уриэль остановил расправу, снова подошёл поближе — да я мог коснуться амулета у него на груди, появись у меня желание свести счёты с жизнью, и поинтересовался, под каким же созвездием начался мой жизненный путь.
Мне признаваться было стыдно, в нашей деревне считалось, что под несчастливой звездой я родился. Но это же император, как тут соврёшь?
— Змея.
— Необычный покровитель для необычного человека, — согласился Уриэль. — Идём с нами.
И я пошёл, хоть ноги подгибались от близости столь влиятельного человека. Кто-то из стражников всучил мне в руки факел со словами «хоть что-то полезное сделаешь», и мы отправились дальше.
В последнее время мне слишком часто встречаются трупы на пути! Мы попали в ловушку, и выскочивший из тайного лаза ассасин одним ударом прервал жизнь императора. Он наклонился над телом, чтобы забрать амулет, и у меня в мозгах что-то помутилось.
Очнулся с трясущимися руками и дрожащими ногами. Убийца был мёртв, пронзённый насквозь клинком погибшей телохранительницы.
Мёртвый убийца. Мёртвый император.
Мёртвый ассасин. Мёртвый Гаркин.
Ноги отказались держать меня, и я рухнул перед телами на колени. В такой позе меня выжившие телохранители и застали.
— Он что-нибудь говорил перед смертью?
Я не сразу понял, что обращаются ко мне.
— Он попросил меня отнести амулет к Джоффри… Но я не могу! Я даже не знаю, куда мне идти!
— Император мог видеть будущее, — мягко заметил телохранитель, присаживаясь рядом со мной. — Недавно мы в этом убедились, не знаю, слышал ли ты про заварушку в Морровинде. Так что, парень, как ни крути, но тебе в грядущих событиях отведена немалая роль. Ты ведь маг, я не ошибаюсь?
— Ошибаетесь, — я шмыгнул носом и стянул с мёртвого тела амулет. — Я вор. И я отнесу вашу цацку Джоффри только за соответствующее вознаграждение. Ещё ни в одной легенде герой не отправлялся на подвиги в тюремной робе и с пустым желудком!
Телохранитель рассмеялся.
— А ты забавный, хоть и преступник. Пятидесяти септимов тебе хватит на еду и одежду, но на большее не рассчитывай. И не надейся скрыться с амулетом.
— И в мыслях не было, — я поспешил спрятать деньги в карман. — Но как отсюда выбраться? Двери-то закрыты снаружи.
— Мы подождём, когда сменится стража. Нас выпустят. А тебе придётся воспользоваться тем лазом, — телохранитель кивнул на дыру, из которой выпрыгнул ассасин. — Пройдёшь через канализацию и окажешься на свободе. Джоффри живёт в приорате Вейнон, а там на месте спросишь.
Я страдальчески скривился. Канализация… На выходе, чую, я буду пахнуть, как тот зомби!
Но не сидеть же тут, дожидаясь стражу? Да меня же сразу обратно в камеру отправят.
Я сжал в кармане императорский амулет и решительно шагнул во тьму.
Как оказалось, «Водное дыхание» вполне позволяет дышать ароматами канализации, не задыхаясь. Полтора часа заклинание удерживал! Гаркин бы мной гордился.

***

Я в ужасе рассматривал монструозный портал, преграждающий путь к городу. Вот тебе и съездил в Кватч за императорским бастардом Мартином!..
Врата Обливиона похожи на огромный красный глаз. Или на рот. Или на то глубокое место, куда мы все проваливаемся в случае неприятности.
Из портала лезли мелкие скампы, но их уверенно расстреливали ещё на подходе. А я стоял, смотрел и кусал губы. Мне надо в город… Но, позвольте, жив ли ещё тот Мартин? Может, вернуться к Джоффри и сказать ему, что наследник мёртв?..
Старик говорил, что, если наследник крови Септимов не зажжёт Драконьи огни в главном Храме, ткань миров так и останется истончённой. И в Нирн будут лезть всё новые и новые даэдра. Джоффри, правда, оптимистично предполагал, что у нас есть около месяца в запасе. Не оказалось и недели.
Новая волна скампов легла на выжженную землю.
А потом кидали жребий на добровольца, который попробует закрыть Врата изнутри. Надо ли уточнять, что этим добровольцем оказался я? Я вообще не хотел участвовать в этом фарсе! Но имперцы, сволочи, умеют убеждать. Против их харизмы, особенно когда тебя уговаривают всей толпой, устоять очень трудно.
И я, дико заорав от страха, пронёсся мимо мёртвых скампов и сиганул в портал.
Пустоши Обливиона мне сразу не понравились. Выжженная земля, красное небо, скалы и камни, и трава какая-то неправильная, красная и на жёсткую щетину похожа. Тут было негде спрятаться, потому я просто пошёл вперёд, поминутно оглядываясь.
Сильный толчок в спину бросил на колени, еле успел выставить руки вперёд, а то щеголять бы мне с разбитым лицом. Выпрямиться я не успел, новый удар, сильнее первого, уронил меня плашмя на землю, а лёгкий пинок в бок заставил перевернуться. Щуря слезящиеся от красной пыли глаза, я попытался разглядеть нападавшего.
— Надо ш-ше, игруш-шка сама пришла ко мне. Не думал, что увиш-шу тебя так скоро.
Я, наконец, увидел, кто стоит надо мной. Даже заорать не получилось, из горла выдавился только жалкий писк. Это был тот самый дремора-маг, которого призвал Гаркин!..
Даэдра наклонился к самому моему лицу. В нос ударил запах разогретого камня от его дыхания. У меня словно отнялись все мышцы, поэтому я смог только сглотнуть, когда он ласково провёл когтями по моей щеке. Теперь пахло ещё и кровью. Моей кровью.
Дремора подчиняются Мерунесу Дагону, Принцу Даэдра, чьей сферой являются Разрушение и Страдание.
Ошиблись вы, Ваше Императорское, моё великое приключение окончится здесь.
Рывок вверх. Я захрипел, хватаясь за горло, и не сразу понял, что дремора всего лишь вздёрнул меня за воротник на ноги.
— Аазмандиус.
— Что?..
— Меня зовут Аазмандиус, кусок мяса. Переврёшь имя — накажу. За мной.
— Куда?..
— А не всё ли равно? — дремора посмотрел на меня и усмехнулся. — Закрывать Врата. Ты ведь ради этого сюда явился, глупый смертный?
Мне оставалось только ошалело кивнуть и отправиться следом за Аазмандиусом.
Навстречу нам попадались и другие дремора, но рога у них были меньше, а волосы — чёрные. Они неизменно отходили в сторону, давая нам — ему — дорогу. Мне оставалось только держаться как можно ближе к Аазмандиусу на случай, если кто-то попробует меня перехватить.
Не то, чтобы я вдруг начал верить дремора-магу. Просто, ну, он же меня пока что только поцарапал. Не убил, не покалечил. Тут порой встречались прибитые к скалам изуродованные трупы, я старался на них не смотреть. Вполне может быть, что Аазмандиус ведёт меня к такой скале. Но бежать, в любом случае, неразумно. Догонит и тогда точно что-нибудь плохое сделает.
Дремора привёл меня к высоченной башне, махнул рукой.
— Нам на самый верх, мясо. Ты владеешь заклинанием невидимости?
— Нет, — я покачал головой.
Аазмандиус презрительно скривился и протянул мне бутылочку.
— Выпей, иди за мной и ничего не трогай, понял? Если тебя здесь увидят, точно окажешься в одной из Кровавых Башен на правах общественной игрушки.
Я вздрогнул и послушно опрокинул в себя пахнущее полынью зелья. Фу, горькое! Из чего там невидимость делается? Полынь и какой-то гриб. Гадость! Но всё равно уже выпил.
Дремора развернулся и быстрым шагом пошёл к башне. Мне пришлось догонять, чтобы не остаться здесь навечно.
И всё-таки, зачем ему это надо?
Мы шли и шли, поднимаясь на самый верх. Я успел устать, но всё равно старался шагать в ногу с Аазмандиусом, маскируя в звуках его шагов свои. Под крышей башни оказался один большой зал. Я следом за дремора поднялся на небольшую площадку и с интересом уставился на чёрный круглый камень, парящий в луче света. Так близко — только руку протяни. Но что-то кажется мне, что это плохая идея.
Аазмандиус вдруг крепко обнял меня поперёк груди, прижимая к себе, и прошипел на ухо:
— Бери камень, мясо. Быстро!
— Зачем?
— Не задавай глупых вопросов, сюда уже идут!
Я заметил, как в зал действительно забегают другие дремора, и отчаянно потянулся за камнем. Ладони обожгло, но сама сфера оказалась на ощупь холодной. Хватка Аазмандиуса стала совсем сильной, мне показалось, что рёбра затрещали. А потом жуткий вой, встряска, вспышка света…
Башня исчезла, словно её и не было. Я стоял возле арки портала, но сейчас Врата Обливиона были мертвы, щерились в небо, словно кости древнего монстра. О реальности произошедшего напоминали лишь холодный шар в руках и крепко держащий меня Аазмандиус. У меня волосы на шее зашевелились.
Получается, дремора помог мне только для того, чтобы проникнуть в Нирн, не будучи связанным приказами!..
Но почему солдаты не стреляют, а, наоборот, с радостными криками бегут навстречу? Наверное, они его не видят!
Не отпуская меня, другой рукой Аазмандиус сдавил мне шею.
— Улыбнись и помаши им рукой, парень, — он говорил очень тихо, чтобы только я услышал. — Улыбайся, Герой Кватча, или я сверну тебе голову.
Я растянул губы в подобии улыбки, оторвал от камня правую ладонь и неуверенно махнул солдатам. К моей гримасе никто не придирался — мало ли, какие ужасы мне пришлось повидать там. Знали бы они, что главный ужас я привёл с собой!
— Не знаю, как ты это сделал, — сказал мне командир, — но твоя помощь неоценима. Идём, мы проводим тебя к часовне. Надеюсь, твой друг Мартин ещё жив.
Я заторможено кивнул и вместе со всеми пошёл к городским воротам, подталкиваемый в спину невидимым Аазмандиусом.
Во что я вляпался?!

***

К церкви мы пробились часа через два ожесточённых боёв — почему-то, вместо того, чтобы спокойно пройти сквозь площадь, солдаты ринулись освобождать замок. Мне оставаться наедине с дремора не улыбалось совершенно, поэтому приходилось бегать со всеми, вдохновляя своим присутствием. И шариком, которым я периодически потрясал над головой, показывая, что я великий герой и вот совершенно не боюсь невидимой твари у себя за спиной. Потом я перестал ощущать рядом присутствие Аазмандиуса и успокоился, решив, что он отправился по каким-то своим монстрячьим делам.
Когда, наконец, я оказался в часовне и отыскал брата Мартина, мои страдания несколько компенсировались вытянувшимся лицом императорского наследника, который узнал, что он, оказывается, императорский сын.
К тому времени стемнело, и было решено выдвинуться в путь только утром. Мне выделили небольшую келью — в ней уже некому было жить…
В комнате неизвестного мне мертвеца (снова мёртвые люди! они преследуют меня!) я чувствовал себя не очень уверенно, поэтому, ничего не трогая, улёгся на край кровати и постарался уснуть.
Сверху навалилась тяжесть, а рот заткнула когтистая ладонь, не давая кричать. Горячее дыхание с запахом раскалённого камня…
— Соскучилс-ся?
Я протестующе замычал и попытался вывернуться из-под тяжеленного дремора. Так он меня и отпустил, ага. Когти проехались по плечу, раздирая рубашку. Я закричал бы, если бы другой рукой Аазмандиус не продолжал зажимать мне рот. Никто не услышит, не придёт на помощь. Он просто играл со мной, как кошка с мышью! Только подумал, что свободен…
Тут дышать стало немного полегче — Аазмандиус соскользнул вбок, обнял меня и негромко зарычал, зарывшись носом в мою светло-русую копну волос. Мне показалось, что в этом звуке слышалось удовлетворение, но я всё равно на всякий случай замер, стараясь даже дышать через раз.
— Прекрати дёргаться и не напрягайся так, — дремора зевнул, обдав моё ухо жаром. — Я привык засыпать с мягкой игрушкой в обнимку. Ты достаточно мягкий. Только уползти не пытайся, во сне я могу куда глубже когти запустить, чтобы удержать тебя на месте. Понял?
— П-понял, — согласился я.
— Тогда спи, Скив.
— Откуда ты?..
— Подслушал твой разговор с тем забавным священником. Спи, я сказал, а то сам усыплю.
Я послушно закрыл глаза, не дожидаясь, пока Аазмандиус продемонстрирует мне свой метод усыпления. Первое время ещё было страшно, но от дремора веяло теплом, как от огня в камине, и совершенно незаметно для себя я постепенно пригрелся, расслабился и уснул.
Проснулся в полном одиночестве, живой и целый. Может, всё-таки не все дремора злые?
К тому моменту, когда я явился в общий зал часовни, Мартин был уже готов к выходу. Да и верно, долго ли собираться священнику разрушенного храма?
На выходе из города нас встретил какой-то орк. Он подскочил ко мне, хлопнул по плечу и радостно оскалился:
— Вот ты где! А я тебя по всему Сиродиилу ищу!
Я уже было собрался сказать, что орк ошибся, но зелёный уже расшаркивался с Мартином.
— Ааз гро-Мандус к вашим услугам. Напарник этого соломенного чуда.
— И вовсе я не соломенный! — возмутился я. Нормальный у меня цвет волос, и на ощупь они совсем не солома. А потом меня молнией прошибла догадка.
Ааз гро-Мандус. Аазмандиус! Но как?
Орк обернулся через плечо и подмигнул мне — глазом обливионского хищника, но уж никак не нормального орсимера.
В обратный путь к приорату Вейнон мы отправились уже втроём.
Уже после, когда мы остановились на ночь, я подсел поближе к Аазу и негромко поинтересовался у него — как?
— Магия Иллюзии, — сверкнул клыками дремора, то есть орк, то есть замаскированный дремора, я запутался! Ааз, в общем.
— Ааааа, — глубокомысленно протянул я. — Тогда понятно.
— Лучше давай спать, — он взглядом подтянул мой спальник к своему и крепко приобнял меня за плечи. — Пошли.
Я попытался отстраниться.
— Мы что, будем спать в обнимку при свидетеле?
— Могу его убить, — оскалился Ааз.
— Ты что! Нельзя Мартина убивать!
Все усилия же тогда прахом пойдут! В общем, засыпал я, придавленный тяжёлой тушей орка, под недоумённым взглядом Мартина чувствуя, что неудержимо краснею. Разумеется, сон не шёл. А вам когда-нибудь приходилось лежать в обнимку с крупным мужчиной, когда на вас смотрит наследник императора? Если да, то вы меня понимаете. Но потом усталость всё-таки взяла своё, целый день пешком идти — не шутка.
Наутро Ааз разбудил меня тычком в бок и умчался в лес. Мы и опомниться не успели, как он вернулся, таща на плечах небольшого оленя. Почти вся туша досталась охотнику, но и нам хватило, чтобы позавтракать.
Так мы и шли, оставляя за спиной разрушенный Кватч. Я порой ловил себя на том, что всматриваюсь в придорожные кусты — а ну, мелькнёт вдруг хищная пасть Врат Обливиона? Но было тихо, и даже не верилось, что совсем недавно я стал почти свидетелем гибели целого города.
И настал день, когда мы должны были прибыть, наконец, к приорату. С каждым шагом мне становилось всё легче идти. Совсем скоро я отдам Мартина на руки Джоффри, настелник императора проведёт церемонию зажжения драконьих огней, и дремора со своими Вратами пусть утрутся! Оставался вопрос, что я буду делать с Аазом, вернее — что Аазмандиус будет делать со мной, когда эта история закончится. Он не связан призывом, не обязан подчиняться кому бы то ни было, и может сотворить со мной, что захочет. А может быть, он всего лишь устал от обливионских пустошей и хочет пожить, как простой смертный? Я знал, что после смерти дремора, да и другие даэдра, возрождаются во владениях своего покровителя, то есть Аазмандиус при всём желании не смог бы покинуть Мерунеса Дагона навечно. Но вот взять отпуск лет на пятнадцать-двадцать…
Моё внимание привлёк смутный шум впереди, очень быстро ставший вполне различимыми звуками драки.
Опять?
Ох, пусть это будет трактирная потасовка. Посреди дороги, вдали от населённых пунктов…
Ааз прибавил ходу, обогнал и меня, и Мартина, буркнул нам, чтобы мы не торопились, и скрылся за поворотом. Мне пришлось тоже перейти на бег, следом за наследником, который не пожелал оставаться в стороне. Но мы всё равно не успели. Ааз к тому времени перебил всех нападающих — эй, а ведь мне знакомы эти балахоны!
— Ну вот, — насмешливо оскалился орк, оглянувшись на нас. — Я тут один со всеми справлялся, а менестрели скажут — их было трое.
Мартин нервно дёрнул уголком рта и отправился к раненым, посмотреть, нельзя ли кому-нибудь помочь.
Я был немало удивлён, увидев Джоффри живым и почти невредимым, но бывший императорский телохранитель был зол и растерян. Будь проклято моё любопытство!
Кто-то воспользовался неразберихой и украл амулет! А без него невозможно провести церемонию…
И, в общем, меня, не спрашивая согласия, подрядили на благое дело поисков и обратного воровства бесценной цацки в нашу пользу.
На будущее — у императорской семьи дар убеждения ещё мощнее, чем у простых имперцев.
Когда Ааз сказал, что мне от него в ближайшее время не отделаться, я даже испытал некоторое облегчение. Не придётся справляться с трудностями в одиночку.
Ничего! Всего-то нужно, что вычислить, где находится база Мифического Рассвета — а именно эта Организация устроила весь сыр-бор — добраться до неё, отыскать нужную нам вещь и вернуться с победой. Я справлюсь. Я же вор.

***

Но сначала Джоффри попросил нас проводить его и Мартина до секретной базы Клинков — императорских телохранителей. Я немного подумал и согласился — была возможность обзавестись лошадкой из приората и не топтать больше дороги пешком.
Аазу средства передвижения не осталось, но он, как выяснилось, мог бежать часами наравне с всадниками. Я только диву давался — и как не устаёт только?
И снова в дороге не произошло ничего опасного, даже дикие олени обходили наш отряд стороной. Мне упорно казалось, что в этом заслуга Аазмандиуса, но напрямую спрашивать я стеснялся. Хватало того, что каждую ночь приходилось засыпать с ним в обнимку. Я уже даже привыкать начал.
Храм Повелителя Облаков — та самая база — находился высоко в горах. И там было холодно, скамп возьми! А пришлось торчать около часа на торжественном приветствии Мартином народа. Ему-то хорошо, у него мантия тёплая… Но остальные явно прониклись. Джоффри так и вовсе настолько расчувствовался, что предложил мне вступить в их орден. Я поспешил отказаться, не хватало мне только бегать по миру с катаной на поясе и языком на плече!
А на следующее утро мы трое — я, Аазмандиус и лошадь — снова отправились в путь. Причём Ааз явно не собирался следовать совету и присоединяться к расследованию в Имперском Городе. На одной из развилок он свернул в другую сторону, буркнув что-то вроде «иди за мной, я знаю дорогу». При этом орк-дремора так выразительно сверкнул клыками, что я даже толкнул лошадку пятками, чтобы шла быстрее.
Не знаю уж, куда мы в итоге пришли. Там было небольшое озерцо, точно помню. Аазмандиус приказал мне ждать, а сам скинул маскировку и ушёл. Вернулся он спустя несколько часов, небрежно крутя на пальце какой-то амулет — трофей? А под мышкой дремора сжимал странную книгу.
— Что это? — поинтересовался я.
— Сюрприз для императорского сынка, — ухмыльнулся Аазмандиус. — Ему понравится! Слушай сюда, мясо. Ты удачно наткнулся на процессию «рассветников», увязался за ними и проследил до самого убежища. Там прокрался внутрь, пользуясь своими воровскими навыками, и стал свидетелем ритуала. Иштван создал портал и ушёл, унеся с собой Амулет Королей, после чего тебе осталась эта книжка. Ты её тихо стырил и свалил. Вопросы?
— Кто такой Иштван?
Аазмандиус рыкнул, замахнулся амулетом, как кистенём, но пустил удар мимо.
— Да, ты ведь его по имени не знаешь… Ну, скажи: чокнутый альтмер в синей тряпке, что-то вещал про Рай и Мерунеса.
Я кивнул, показывая, что вопросов больше нет. На самый главный — зачем это Аазмандиусу — боюсь, ответа мне всё равно не добиться. Скорее получу по голове символом императорской власти!
Мартин действительно очень возбудился при виде этой книжки. Я не особо понял его объяснения, уяснил лишь, что эта штука хранит секрет портала и нуждается в расшифровке. Потому что без этого самого портала не видать нам Амулета Королей, как кланфиру шеи. Ну и ещё мне сказали, чтобы где-нибудь погулял и не шатался по округе. Как эти два пожелания сочетаются, я не понял, но отправился погулять.
Когда я чистил гриву своей, то есть приоратской лошадки, ко мне подошёл Джоффри. Старый телохранитель пытался меня подрядить на благо короны, но я решительно отказался. Я вор! А воры не ищут по лесам шпионов. Зато на поручение вызвался Ааз, причём по его улыбке я догадался, что не все найденные шпионы будут переданы Клинкам…
Воспользовавшись передышкой, я съездил в Бруму. Там было отделение Гильдии Магов, и я надеялся, что там мне смогут показать заклинание открытия замков. А могут и страже сказать, мол, явился тут какой-то подозрительный новичок… В общем, не рискнул я с отпиранием замков. И вообще не рискнул, уж больно дорогое там обучение выдалось! Пришлось возвращаться ни с чем.
На входе меня догнал Аазмандиус, хлопнул по ноге — куда дотянулся — и потрусил вперёд. Кажется, он всё-таки нашёл шпионов. Я спешился, расседлал лошадку и отправился к Мартину.
— А, Скив, это ты, — рассеянно сказал наследник, оторвавшись от книги. — Расшифровка постепенно продвигается. Пока я понял, что для открытия портала нужны четыре вещи…
Дверь звонко бухнула, в зал ворвался Ааз, отряхнулся по-собачьи — на улице валом валил снег.
— Вы продолжайте, продолжайте, я тут так, мимо прохожу.
Мартин только кивнул.
— Одна из этих вещей — «кровь лорда даэдра».
Я удивился.
— И как же мы этого лорда поймаем? И, главное, как пустим кровь? Принцы Даэдра, они ведь, ну…
— О, не беспокойся, — улыбнулся Мартин. — Достаточно будет использовать какой-нибудь из их артефактов, например, Звезду Азуры.
Я припомнил, что знаю о Звезде Азуры. Вроде бы очень мощный камень душ…
— И как же можно добыть эти артефакты?
Мартин не успел ответить. Аазмандиус, прислушивавшийся в отдалении, подошёл ближе и выложил на стол какой-то кинжал.
— Это сойдёт?
— Бритва Мерунеса! — воскликнул Мартин. — Откуда у тебя это?
— Места надо знать, — скромно сообщил Ааз и шаркнул ногой.
— Может, у тебя ещё и кровь богов найдётся?
— Вот уж чего нет, того нет. Куда идти, начальник?

***

Я успел привыкнуть к тому, что каждую ночь приходится спать в обнимку с Аазом. На нас странно косились — казармы-то общие, без отдельных комнат — но орку было всё равно, пришлось и мне учиться делать невозмутимое лицо.
— И всё-таки, зачем тебе это? — спросил я, в очередной раз устраиваясь так, чтобы не мешал вес навалившегося на меня Аазмандиуса.
— Я же тебе уже говорил, что привык засыпать с мягкими игрушками, заткнись и спи.
— Да нет, я про твою помощь.
— Зачем я бегаю вместо тебя по подземельям, задрав хвост, пока по городам и весям летит слава о Герое Кватча?
— Угу, — кивнул я. — А у тебя есть хвост?
— Не скажу.
Ааз замолчал, я тоже. Но не выдержал.
— А всё-таки?
— Нет у меня хвоста. Это метафора.
В общем, о своих мотивах Аазмандиус мне так и не поведал. Даже когда мы носились, как кланфиром забоданные, по всей провинции, собирая помощь и платя за это закрытием Врат — закрывал, разумеется, дремора — он не сказал, почему идёт против своих. Настаивать я боялся, помнил ещё тот страх, что испытал при нашем знакомстве.
За эти недели мы натоптали по дорогам Сиродиила столько, что, наверное, хватило бы на небольшое кругосветное путешествие. Города, Врата, руины, редкие артефакты и разнообразные монстры… В какой-то момент мне стало стыдно перед Аазом, и я стал иногда помогать ему в бою — порой даже маленькая «Искра» может оказаться полезной, отвлечь внимание противника, а то и добить какого-нибудь мелкого монстра вроде злокрыса. Со временем меня даже перестали беспокоить запахи палёной плоти и шерсти.
На этот раз я должен был добыть великий вилкиндский камень. В руинах Мискарканда Аазмандиус застрял почти на двое суток. Я почти перестал надеяться, но продолжал ждать, а он явился из руин целый и невредимый, подкидывая на ладони здоровый светящийся кристалл. После чего, аккуратно положив добычу на землю, дремора бросился на меня. Я даже не успел создать «Искру», мощный удар когтистой лапы сбил меня на землю, потом было ещё два, но не таких сильных. А потом Ааз просто отошёл в сторону и занялся разведением костра.
— Что это было?.. — я, дрожа, поднялся на ноги, зажимая кровоточащие царапины на плече.
— Достоверность, — бросил дремора, не поворачивая головы. — Там было жарко. Тебе не поверили бы, что ты выбрался из Мискарканда целым и невредимым. Не ной, я тебя совсем легонько стукнул.
В ту ночь я не позволил Аазмандиусу к себе приблизиться, держа его на расстоянии демонстрацией «Искры». И все следующие по дороге в Храм Облаков — тоже.
Но он оказался прав. Когда я, израненный и несчастный, предстал перед нашей императорской надеждой, Мартин проникся и даже вспомнил о том, что в бытность свою служителем богов неплохо умел лечить.
Это было приятно, скамп побери! Немногие, думаю, могут похвастаться тем, что их лечил будущий правитель Тамриэля. Так что с Аазом я помирился. Он, хоть и странный, и вообще дремора, но, всё-таки, хороший друг.
На следующее утро Мартин позвал меня участвовать в совете.
Первым слово взял Джоффри.
— Как известно из достижений разведки, шпионы Мифического Рассвета собирались открыть Великие Врата, чтобы снести Бруму с лица земли.
Мне, разумеется, ничего известно не было — по горам за сектантами бегал Аазмандиус — но я сделал умное, глубокомысленное лицо и покивал, мол, известно, вот сам, этими руками сведения добывал.
— Также мне стал известен последний артефакт, необходимый для открытия портала в Рай Иштвана. Это Великий Сигильский Камень.
Все загалдели, а я задумался. Если камень не какой-то там, а Великий, значит, и во Вратах он должен находиться соответственных. А если позволить сектантам открыть большие Врата, то оттуда вылезет что-нибудь жуткое, и мы останемся без Брумы.
Я задумался настолько, что очнулся лишь на словах «Герой Кватча».
— А?..
— Ты ведь справишься с этим, Скив? — Мартин посмотрел на меня. Я узнал этот взгляд. Точно такие же глаза были у императора Уриэля, когда он говорил, что мне предстоят великие дела.
Мне отчаянно захотелось справиться, чтобы не опозорить память Уриэля, чтобы доказать, что он не ошибся.
— Разумеется, Ваше Величество! — бодро сказал я, постаравшись выглядеть при этом так, как и положено герою и спасителю.
И пока остальные шумно обсуждали план предстоящей битвы, я сидел, вцепившись пальцами в волосы. На что я только что подписался?..
Ненавижу имперскую харизму!
Но согласился уже, никуда не денешься.
Буквально на следующий день на поле возле Брумы небольшая сборная армия собралась дать бой. Я смотрел на разношёрстную толпу, перед которой прохаживался с указаниями Джоффри, и никак не мог успокоиться. Лишь когда в поле зрения появился Ааз, позволил себе расслабиться и улыбнуться. Он поможет.
Но Аазмандиус огорошил меня сообщением, что идти придётся самому.
— Но как? — растерянно сказал я.
— Просто добеги до самой большой башни, заберись на самый верх и выдерни камень. Мы с тобой этим уже занимались. Держи, если не хочешь стать мясом.
Я взял бутылочку. Знакомый запах. Зелье невидимости…
— А ты?
— А я нужнее здесь. Надо же гостей встретить, — насмешливо оскалился Ааз. Я кивнул и решительно выпил зелье. И стал невидимым.
А потом открылись первые Врата.
Это было жуткое зрелище. Даэдра валили непрерывно, только защитники расправятся с одними, так тут же появятся новые. Но держались, упорно тянули время. Чтобы были открыты Великие Врата, чтобы я мог проникнуть в них и украсть камень, чтобы Мартин смог построить портал в Рай Иштвана и вернуть Амулет Королей, чтобы зажечь Драконьи Огни и остановить вторжение. Если они продержатся, если я сумею, если Мартин правильно расшифровал книгу… Столько разных «чтобы». Столько разных «если»…
Врата!
Вот уж действительно — Великие. Я задрал голову, чтобы увидеть вершину. Выше деревьев, наверное, даже выше храма.
Пора.
Я вздрогнул и понёсся вперёд, в сияющее красным и оранжевым окно.
Я справлюсь.

***

— Так вот ты какой, портал в Рай…
Мартин кивнул.
— Скив, ты доказал свою преданность нашему общему делу, приложил столько усилий к возвращению Амулета. Полагаю, финальную точку в разговоре с Иштваном стоит поставить тебе.
На плечо легла тяжёлая рука.
— Я с ним.
— Тоже хочешь вписать себя в историю, Ааз гро-Мандус? — улыбнулся Мартин.
— Раз уж я в эту историю уже вляпался, то почему бы и не вписаться? — насмешливо оскалился Аазмандиус. — Я тоже хочу статую, как у Скива! Чтобы круто! И с мечом!
Я покраснел. Благодарные жители Брумы с помощью магов действительно поставили мне памятник… Глядя на того величественного незнакомца, смотрящего вдаль, даже я чувствовал себя неуютно. Не быть мне таким вот никогда!
— Что же, твоё желание мне понятно, — кивнул Мартин. — Думаю, что смогу переместить вас обоих. Но помните, обратной дороги не будет, пока вы не найдёте Иштвана.
— Мы готовы, — заверил Ааз раньше, чем я открыл рот, чтобы попросить небольшую отсрочку.
— Тогда прошу в центр круга.
Ноги подгибались, но я прошёл следом за орком, крепко сжав его руку. Яркая вспышка — и перемещение.
Я огляделся. Вокруг был… ну, наверное, рай. После суровой северной зимы здесь, в царстве лета и цветения, я почувствовал себя почти счастливым.
— Не обманывайся внешней оболочкой, — оскалился Аазмандиус, вновь избавившийся от орочьей маскировки. — Иштван ведь не богу цветочных лужаек поклоняется.
— У нас есть бог цветочных лужаек? — удивился я.
— Тебе лучше знать, ты же в этом мире родился! — фыркнул дремора.
— Но здесь очень красиво, — неуверенно сказал я. — Неужели в этом месте может твориться что-то плохое?
— А ты сам посмотри. По красивым лужайкам бродят бессмертные смертные. После гибели они очень быстро возрождаются. Они приравнены к даэдра — так говорит им Иштван. Но здесь есть настоящие даэдра, такие, как я, — Аазмандиус нехорошо улыбнулся. — И для нас Рай Иштвана — действительно Рай. Бесконечно возобновляемое мясо. Как тебе?
Я представил и содрогнулся.
— Ужас какой… Нужно уничтожить это место, чтобы души его пленников обрели покой!
— Со смертью Иштвана кончится и его Рай. Пошли. Старайся не потеряться, но иди на некотором расстоянии.
Я последовал совету Аазмандиуса, но его смысл понял, лишь став свидетелем схватки. Два дремора, маг и воин, сцепились, как два кота по весне, и это выглядело так же красиво, как и страшно. Противники переплелись так тесно и двигались так быстро, что мне оставалось лишь наблюдать, не имея возможности помочь.
К счастью, победил Ааз.
— Надень это, — он подошёл ближе и вложил в мою руку браслет.
— Что это?
— Твой пропуск к жилищу Иштвана. Учти, сам ты его не снимешь.
— Это рабский браслет?
— Практически. Билет в пыточную!
Аазмандиус выглядел таким… настоящим дремора из страшных сказок. Я невольно попятился назад. Он, разумеется, всё понял и усмехнулся:
— Неужели за столько месяцев я так и не приручил тебя? Я думал, ты мне доверяешь в той же мере, что и я тебе.
Он мне доверяет?..
Ааз с лёгкостью считал удивление с моего лица.
— Когда я обнимаю тебя во сне, ты вполне можешь изловчиться и пырнуть меня кинжалом. Поэтому всем своим мягким игрушкам до тебя я сворачивал шеи прежде, чем взять их в кровать. А сейчас надевай браслет и пошли, Скив.
Он очень редко называл меня по имени не на людях, поэтому я понял, что дело серьёзное. А раз так, то и не стоит спорить.
Браслет плотно обтянул руку, заставив поморщиться от неприятного жжения, но всё быстро прошло.
— Отлично, — кивнул Аазмандиус. — А теперь вперёд, мясо!
То, что я увидел, когда мы пробирались через Запретный Грот, надолго испортило мне настроение и только укрепило моё желание разделаться с Иштваном.
Особенно запомнился раскаявшийся последователь Мифического Рассвета по имени Элдамил. Он проводил нас к выходу, при условии, что мы действительно прикончим Иштвана. И даже спрятал от местного надзирателя — Ааз сказал, что здесь ввязываться в драки было бы неразумно.
На прощание я пожал Элдамилу руку. Он рукопожатие принял, хотя обычно альтмеры этот жест не используют. Наверное, его действительно сильно допёк Иштван!
После ужасов грота разноцветье показалось мне ещё более фальшивым, и эта фальшь только подчёркивалась двумя фигурами в красном одеянии.
«Мы приведём тебя к отцу», — сказали они. Не совсем так, это была целая речь, но краткий смысл её сводился к пяти словам.
Я не понял, почему они обратились только ко мне, но потом догадался, что Аазмандиус снова стал невидимым. Моя догадка подтвердилась, когда он несильно толкнул меня в спину, намекая, что стоит идти за детьми Иштвана. Не знал, что у него есть дети…
Идти было недолго. Цитадель Иштвана, Карак Агайалор, чем-то напомнила мне айлейдские руины — со скидкой на то, что она руинами не была. Пока что.
«Компенсирует», — едва слышно хмыкнул за моей спиной Аазмандиус, правда, я не понял, к чему это он. А потом меня провели внутрь.
Иштван сидел на троне, очень важный и значительный. Но мне он, откровенно говоря, показался выходцем из нищих, который вдруг надел на себя дорогую мантию, вооружился посохом и сел на жёсткий стул. Он говорил что-то про величие Дагона, предлагал бросить всё и присоединиться к нему, сыпал обещаниями…
А потом Иштван захрипел, из его рта вытекла струйка крови. Тут же стал видимым Аазмандиус, который пробил когтями грудную клетку сумасшедшего альтмера и сейчас что-то там нашаривал. Сердце — понял я, увидев дрожащий комок плоти. И отвернулся.
Правильно сделал! Дети Иштвана уже выхватили оружие и направили его, но почему-то не на дремора, а на меня! И тут мне очень пригодилась моя расовая способность. Пусть на жалкие несколько секунд, но я окутался фиолетовой плёнкой щита, которая поглотила часть магических ударов. Но часть из них меня, всё же, настигла, заставив покачнуться и упасть на одно колено. Было больно, но я ещё успел заметить стремительный росчерк ветвистой молнии — в дело вступил дремора-маг Аазмандиус.
Всё было кончено очень быстро. Ааз подскочил ко мне, всунул в ладони императорский амулет и поднял на ноги, поддерживая.
— Не смей терять сознание, мясо!
— Хорошо, — улыбнулся я, поморщился от боли. — Мне не настолько плохо, как ты подумал. Я ведь бретон.
Руки дремора тут же разжались.
— Тогда и без слюнтявостей обойдёшься.

***

До Имперского Города мы добрались, как ни странно, без проблем. И даже канцлер Окато признал Мартина, объявив его законным наследником и новым императором. Оставалась одна маленькая формальность — зажечь Драконьи Огни и поставить точку во вторжении Обливиона.
Но тут примчался гонец с докладом, что по всему городу раскрылись Врата. И мы побежали, надеясь успеть.
Врата торчали чуть ли не на каждом перекрёстке, скампы, атронахи и прочие даэдра лезли сплошным потоком, заваливая защитников города массой. Я считал повороты и минуты. Ещё три поворота. Ещё два. Ещё один. Храмовый район, мы успели!
Не успели.
— Большой, — выдохнул я, посмотрев наверх, на огромного четырёхрукого великана. — Надо пробраться мимо него, когда он будет с другой стороны Храма…
— Скив.
— Или под ногами проскочить…
— Скив, — снова позвал Мартин.
— Да, Ваше Величество? — я отвлёкся от размышлений.
— Ты ещё не понял? Это Мерунес Дагон. Барьера больше нет.
— Заметь, коронованное мясо, если бы ты пошёл к храму сразу, а не застрял во дворце, то ты бы успел, — ядовито заметил Ааз. — Вы как хотите, а я пошёл, мне встречаться с этим дядей не с руки.
Я только грустно посмотрел орку-дремора вслед. Да, ему действительно не стоило встречаться с повелителем, которого он предал. Но ведь после смерти Аазмандиус всё равно вернётся в Обливион… И будет наказан.
На Мартина было жалко смотреть, он разом постарел на несколько лет, но на его лице отражалось тяжёлое раздумье. Когда наследник — ой, он же уже император — просиял, я понял, что ещё не всё потеряно.
— У меня есть идея, Скив… Надо попасть в Храм.
Я кивнул, нахмурился, прикидывая маршрут, потом махнул рукой:
— Идём, вдвоём прорвёмся.
Уже когда за нами захлопывались двери Храма, я услышал грозный рёв Мерунеса. Времени почти нет. Вон, уже потолок содрогается, мелкие камушки летят…
— Спасибо, Скив, — Мартин смотрел очень серьёзно и печально. — Ты был хорошим другом, так и знай. Жаль, что наше знакомство длилось так недолго.
Прежде, чем я успел что-либо ответить, он прошёл в центр и разбил Амулет Королей! Громыхнуло сверху, яркая вспышка света заставила закрыть глаза ладонью, а потом, когда свечение спало, я просто-таки застыл, наблюдая битву титанов.
Мерунес схватился с огромным золотым драконом и проигрывал. На моих глазах сияющий ящер вцепился принцу Даэдра в глотку, Дагон нелепо взмахнул руками и начал заваливаться назад. И исчез. И звуки боя исчезли. И стало тихо…
И в этой тишине звучал голос дракона.
— Амулет уничтожен, Дагон побежден. Кровью Дракона и силой Амулета Королей навеки запечатаны врата Обливиона. Последний из Септимов становится достоянием истории. Сердце мое спокойно, ибо знаю я, моя жертва не была напрасной. Я займу свое место рядом с отцом моим, дедами и прадедами. Третья эра закончилась. Грядет новая эпоха. Твои деяния будут записаны в следующем древнем свитке. Будущее народов, судьба Империи... это теперь в твоих руках.
— Но… как же так? — воскликнул я, чувствуя, что по лицу текут слёзы. — Зачем ты уходишь?
Дракон не услышал меня, он расправил крылья, словно пытаясь взлететь, и его сияние начало меркнуть.
За всё надо платить, да…
Стена Храма взорвалась дождём осколков, что-то тёмное пролетело мимо меня и врезалось в ногу дракона. Мартин нелепо взмахнул крыльями, пытаясь удержать равновесие, и посмотрел вниз. На дремора-мага, грозно трясущего булавой.
— Ишь, чего удумал, коронованное мясо! Ты о наследнике подумал, а? Да я знаю, что нет, у тебя ж война, а не по бабам! А ты знаешь, что после твоей смерти Империя будет ввергнута в гражданскую войну? Первыми отколются острова Саммерсет и отберут Валенвуд с Эльсвейром. Морровинд, над которым прямо сейчас висит угроза падения Баар Дау, будет практически уничтожен, а то, что останется, добьют аргониане. Засланцы альтмеров проникнут в другие провинции, подталкивая их к идеям о независимости. А, ещё через двести лет проснётся Алдуин, и где, спрашивается, искать другого драконорождённого для борьбы с ним? Что я его, рожу, что ли? Подождут твои родственники с Акатошем заодно!
Я слушал, открыв рот. Откуда Ааз всё это знает?.. Словно он подчиняется не Мерунесу, а…
Принц Непознанного, предсказание судеб и Судьбы, чтение звёзд и небес, сокрытое знание… Хермеус Мора…
Дремора обернулся и вдруг, оскалившись, подмигнул мне.
— Сзади! — крикнул я, но было поздно.
Толстый драконий хвост ударил Аазмандиуса и отшвырнул в мою сторону. Я успел краем глаза заметить, что Мартин вновь окутался сиянием, надеюсь, это означает, что он вскоре превратится обратно. Не император меня сейчас заботил.
Я упал на колени перед Аазом. Он оскалился — на другую улыбку его лицевые мышцы не были способны — и схватил меня за руку. Когти пробили кожу, но мне было всё равно.
— Ты… уходишь?
— Ухожу, — согласился Ааз. — Сам видишь, с перебитым хребтом это тело никуда не годится.
— Может?..
— Ни один лекарь не станет помогать обливионскому монстру, что ты. А ты не лекарь. Эй, мясо, не реви, — он протянул свободную руку и дотронулся до моего лица.
— Я не реву, — шмыгнул носом я.
— И по Мартину ты не ревел, — усмехнулся Ааз. — Не кисни, мясо, у меня ещё будут командировки в этот дурацкий мир. И мы ещё встретимся. Обещаю.
Я услышал тихие шаги. Император… Встал тихо рядом, смотрит.
Аазмандиус только один взгляд в его сторону бросил и снова обратился ко мне:
— Скив, не откажешь мне в последней просьбе?
— Я сделаю всё, что ты хочешь! — искренне заверил я.
— Тогда возьми кинжал и вгони его мне под ребро. Это искалеченное тело может протянуть ещё достаточно долго, дремора живучи. А я хочу побыстрее завершить это дело. Давай, ты меня не убьёшь, даэдра бессмертны, ты сам это помнишь.
Руки тряслись, но кинжал я всё-таки достал.
— Последнее слово.
Ааз закрыл глаза и сменил облик на орочий.
— Коронованное мясо, ты уж похорони это тело достойно, если тебе не трудно. Я, в конце концов, тоже помогал! Всё, можно уходить.
Я ударил, закрыв глаза.
— Спасибо, Скив. Не забудь, ты вор…
Рука, державшая меня, разжалась.
Я ревел, как девчонка, не стесняясь слёз.
Мартин мягко приобнял меня за плечи и поднял на ноги.
— Он обещал, что вернётся. Думаю, он сдержит своё обещание. Пойдём, Скив, нам ещё многое предстоит сделать.
Я кивнул и позволил себя увести. В голове крутились последние слова Аазмандиуса. «Не забудь, ты вор»… Что бы это значило? Он намекает, что мне нужно всё-таки поступить в Гильдию?..
Так и сделаю. Но сначала — подучусь магии. Или алхимии. Или купить зачарованные вещи. Невидимость, «хамелеон»… Про заклинания взлома не забыть.
И всё получится.

***

Шеогорат захохотал, откинувшись на кресле.
— Уел, ох, уел! А ты знаешь толк в веселье, скажу я тебе!
Хермеус Мора отмахнулся парой щупалец.
— У меня не было в планах устраивать именно веселье.
— Но всё равно, то, как ты справился с Мерунесом, просто прелесть! — Шеогорат поцеловал кончики пальцев. — Не познакомишь с доблестным засланцем? Кто он? Луркер? Искатель?
— Изверг.
— Изверг? — переспросил Шеогорат, подавшись вперёд. — Никогда не слышал. Ты занялся селекцией и вывел новую породу?
— Он из Внешних миров.
Глаза Безумного Принца мелькнули азартом.
— Познакомь! А то Ваббаджеком стукну и превращу в злокрыса!
— Ваббаджек превращает случайным образом, — флегматично заметил Хермеус. — Аазмандиус, зайди.
Шеогорат вскочил с кресла и с интересом обошёл вокруг изверга. Тот поворачивался следом, неотрывно следя за перемещениями Принца. Шеогорат сделал атакующее движение, Аазмандиус ушёл в сторону, оказался за спиной даэдра и пнул его коленом.
— А мне нравится этот парень! — рассмеялся Шеогорат. — Хочешь сыру?
— Предпочитаю что-нибудь шевелящееся.
— А если так? — Безумный Принц достал из кармана шевелящийся комок, пахнущий сыром.
Аазмандиус скептически осмотрел комок.
— Как-то не воспылал.
— Ну и ладно, — сказал Шеогорат и отправил шевелящийся сыр в рот. — Как ты здесь оказался, Аазмандиус? Не так часто к нам заходят гости из Внешних миров.
— За напарником.
— Тебе что, их больше взять неоткуда?
— Его напарник в этом мире возродился, — заметил Хермеус.
— О. Хрупкий смертный?
— Очень смертный, — изверг посмотрел на Шеогората тяжёлым взглядом. — Но я его нашёл и не собираюсь отпускать. Пусть даже для этого приходится решать проблемы этого чокнутого мира. Девять, Даэдра, Трибунал, зачем столько богов, мать вашу?
— Без них было бы скучно! — рассмеялся Безумный Принц. — А кто же будет играть в игру, если она будет скучной?
— Я буду играть даже в самую скучную игру, если моим партнёром будет Скив, — ответил Ааз.
— Больше не отвлекаем, — сказал Хермеус. — Иди, готовься, тебе скоро вновь предстоит попасть в Нирн.
Когда изверг ушёл, Шеогорат снова уселся в кресло и подытожил:
— И всё-таки хорошая история.
Хермеус Мора кивнул, свернул бумагу в трубку и положил на полку.
— Вынужден признать, очередной Древний Свиток вышел вполне замечательным.

@темы: М.И.Ф.ики, Облив, ФБ-2013, рассказы, творчество

URL
Комментарии
2014-04-20 в 18:56 

Лорка из Великого Дома Ксаар
Я не издеваюсь, я провожу эксперимент!
Какой восхитительный сплав ))))

2014-04-20 в 19:27 

nastyKAT
У каждой крыши свой стиль езды.
Лорка из Великого Дома Ксаар, я ещё и продолжение пишу))) когда закончу - выложу)

URL
2014-04-20 в 19:43 

Лорка из Великого Дома Ксаар
Я не издеваюсь, я провожу эксперимент!
nastyKAT, буду ждать, ага )))

2014-07-11 в 14:53 

Ктая
Инь за Янь зашел, не иначе
nastyKAT, шикарно! ПРочитала на одном дыхании, захотелось даже перепройти Обливион))))) За продолжение всеми лапами)))) Ааз, дающий пинка Шео - ыыыыыыыыы!

     

ХВГ чеширской кошки

главная