nastyKAT
У каждой крыши свой стиль езды.




Название: Беги, Лесс, беги!
Автор: nastyKAT
Беты: Achenne, Donna le Kay, мну
Вёрстка: Русалка Милюля
Картинки заглушек: strange
Задание: фильм "Форрест Гамп"
Размер: миди, 15380 слов, считая названия глав, не считая примечания (в общей сложности, каждая часть не меньше 5 тысяч слов) Хотя щас уже наверное другое, я тут на ходу лишних "подростков" вырезаю
Персонажи: ОМП, Нереварин, Защитник Сиродиила, Довакин, Шеогорат, М'Айк Лжец и множество других
Категория: джен
Жанр: юмор, приключения, action, AU
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Началась эта история с того, что Шеогорату стало скучно. Тогда Принц Безумия выбрал среди всех новорождённых одного-единственного, и наделил его своим "благословением". Обласканный вниманием лорда даэдра получил редкий магический дар, а так же повышенное чувство опасности, и чудом избежал смерти в младенчестве. Но платой за всё стала бесконечная череда неприятностей и просто рискованных ситуаций, в которые наш герой попадает с завидной регулярностью...
Примечания: 1. Повесть написана по трём играм серии TES, но после окончания сюжета TES 4: Oblivion реальности несколько расходятся. Автор случайно.
2. В этой реальности инвентарь из игровой условности превратился в массовое явление. Из-за влияния на Нирн многочисленных планов Обливиона у всех высокоразвитых живых существ развился подпространственный карман, для краткости называемый инвентарём. Разумные существа имеют доступ к своему инвентарю в любое время, при наличии минимальных магических способностей можно залезть и в чужой инвентарь. Животные не управляют инвентарём, он у них может открываться-закрываться в любое время и захватывать случайные предметы. Раскрыта тайна вилок, которые можно найти у грязекрабов!
3. Во время повествования несколько раз упоминается цвет глаз главного героя. Каждый раз разный. Это не баг, это фича. Ореховый цвет глаз, иначе называемый болотным, в зависимости от освещения может казаться карим, каре-зелёным, золотистым или же жёлтым в зелень.
4. По всей повести разбросано великое множество отсылок. Желающие могут поиграть в угадайку в комментариях
Примечание 2: Текст является частичным ретейлингом, с использованием многочисленных аллюзий на первоисточник.
Скачать: в .rtf



Часть третья. Климат-бандаж

Глава первая, в которой автор пускается в разнос, проходит двести лет, и случается много разных вещей


Между Кризисом Обливиона и пробуждением драконов прошло двести лет, и первая глава посвящена в основном этому промежутку.
Так уж случилось, что из-за вмешательства Шеогората (и автора) история пошла немного по иному пути – Мартин выжил и стал императором. Как говорится, упс. Поэтому мы оставим Империю самостоятельно разбираться с вопросами дальнейшего наследования и перенесёмся своим воображением на Саммерсет.
Группировка талморцев вдруг набрала силу во время Кризиса и заняла главенствующее положение на родине альтмеров. В связи с последующим переименованием архипелага в Алинор автор смеет полагать, что эльфы из Средиземья доплыли куда-то не туда. Так или иначе, новоиспечённому независимому государству не составило особого труда отгрызть от Империи Валенвуд и Эльсвейр. Когда ответных действий не последовало, талморцы осмелели вконец и попёрли на Сиродиил.
Собственно, на этом в данной реальности Великая Война и закончилась. Армию Алинора встретили имперцы. Все, кто успел добраться до границы с момента получения экстренного сообщения. Когда завоеватели выстроились в боевые порядки и начали наступление, на них обрушилась просьба разворачиваться и идти домой, высказанная от всей души и с максимумом харизмы. Разумеется, талморец, представляющий из себя подвид альтмера с завышенным чувством собственного величия, обладает иммунитетом к имперскому дару убеждения, но, увы, не в том случае, когда на одного эльфа приходится по два-три человека. К тому же, среди вставших на защиту Сиродиила людей оказались и дети, а ведь даже обычный ребёнок обладает поразительной способностью уговаривать взрослых, что уж говорить про маленьких имперцев? Рискованный ход сработал, алинорцы ушли.
Но на этом ничего не кончилось. Не сумев разбить Империю в лоб, талморцы развернули широкомасштабную кампанию по подрыву устоев в ряде провинций. Их шпионы под видом посольств смогли приникнуть везде, кроме Сиродиила и Вварденфелла, и тихонько начали подрывную деятельность, которая принесла свои плоды. К исходу второго века четвёртой эры Скайрим захотел независимости, и грянула гражданская война под девизом «Север для нордов! Империю – в пень!».
На этой оптимистичной ноте, пожалуй, мы завершим краткий обзор мировых событий и вернёмся к одному скромному альтмеру.
Лесс, устав бегать, ушёл в горы. В приступе юношеского максимализма он переоценил свои силы, иначе никогда бы не попёрся пешком через перевал. Воспоминания об этом путешествии надёжно стёрлись из памяти эльфа, возобновляясь лишь на моменте, когда он очнулся в избушке ворожеи-отшельницы.
Жизнерадостная девица-бретон, назвавшаяся Карлоттой, выходила обмороженного альтмера и попутно рассказала ему, кому Лесс обязан своим спасением. Безжизненную вислоухую тушку к её порогу притащила флегматичная соловая кобыла, держа зубами за ботинок. Разумеется, отшельница не смогла пройти мимо столь любопытного явления и оставила «подарок» у себя.
Да, Лесса спасла его лошадь, которую он полагал съеденной зомби. Неизвестно, как животное смогло отыскать своего хозяина в снегах и откуда знало, где найти помощь, но факт остаётся фактом.
В доме Карлотты альтмер прожил несколько лет, обучаясь у неё особой северной магии и прочим интересным мелочам. Элессар не стыдился называть бретонку учительницей, несмотря на то, что та была моложе его и доставала эльфу до подмышек.
Но этот, один из самых спокойных в жизни вислоухого периодов, долго не продлился. В один прекрасный день Карлотта, обнаружившая у себя седой волос, выставила Лесса за дверь, мотивировав свой поступок тем, что он уже не маленький и должен сам уметь о себе позаботиться, а не висеть на хрупкой девичьей шее. Элессар за годы, проведённые под одной крышей, узнал многое насчёт взаимоотношений мужчины и женщины, благодаря чему понял, что учительница всего лишь не хотела показывать ему наступающую старость. Поэтому, оседлав свою кобылу, правнучку той, первой, он отправился в путь.
К слову о лошадях. Флегматичное соловое чудовище оказалось очень любвеобильным и плодовитым существом, и несколько десятилетий её потомки наводнили Скайрим, дав начало новой уникальной породе, способной карабкаться по почти отвесным стенам. И неизменно в одной линии рождались кобылы с жёлтой шкурой и белой гривой, которые выбирали своим хозяином вислоухого альтмера.
За прошедшие годы Лесс не сильно изменился. Да, он повзрослел, но так и остался нескладным и невзрачным по меткам альтмеров. Характер его также почти не претерпел изменений, даже к двухсотлетию в Элессаре не проснулось обычное для его расы высокомерие, но, по крайней мере, поубавилось откровенной трусости, которая сменилась повышенной осторожностью.
Долгое время вислоухий сотрудничал с коллегией магов Винтерхолда, но после Великого Обвала закономерно сбежал. Бегство было тайным, поэтому только горы точно знают, что это сделал не Лесс. В отличие от инцидента с вулканом, на этот раз Элессар не стал покидать провинцию и остался в Скайриме, переквалифицировавшись в странствующего мага без определённого места жительства. Тогда же на его пути снова появился М’Айк Лжец. Хотя кот и изменился внешне, это точно был он, никакой другой хаджит не додумался бы назвать альтмера при встрече жёлтым котёнком. Лессу припомнили тот, самый первый разговор, и он был вынужден признать, что М’Айк оказался прав – про подвиги Нереварина и Маркуса действительно не вспоминали уже лет сто. «А норд придёт, когда случится интересное в Хелгене», – предрёк хаджит перед очередным своим исчезновением. Элессар как раз направлялся туда и понадеялся, что «интересное» не означает «опасное для жизни».
Скромные надежды эльфа рухнули, когда он увидел в небе силуэт, подозрительно схожий с драконьим. «Беги, Лесс, беги!» – впервые за пятьдесят с лишним лет проснулся внутренний голос, и альтмер немедленно с ним согласился, срываясь с места. Добежав до лошади, он вскочил в седло и успел покинуть Хелген ещё до того, как исполинская рептилия приземлилась и выпустила первый вал огня.

Иногда наутро после пьянки просыпаться ой как невесело. Особенно если пробуждаешься в повозке с заключёнными и узнаёшь, что тебя будут судить за незаконное пересечение границы.
Дальше – больше. Местные служаки такие ответственные, что готовы отправить на плаху любого преступника, даже если его имя случайно забыли внести в список приговорённых.
В такой ситуации даже огромная огнедышащая курица с кожистыми крыльями и в чешуе воспринимается, как спаситель! Можно воспользоваться царящей повсюду паникой и присоединиться к собрату-патриоту в побеге.
Ну а там уже и в Ривервуд можно направиться, всё равно идти вроде как больше некуда.

Глава вторая, в которой Лесса посылают до подземелья, кусаются пауки, и находит свою смерть дракон Милмурнир


Сбежав из Хелгена, Лесс посчитал необходимым предупредить о нападении дракона местную власть. Местная власть звалась ярлом Балгруфом и обитала в Вайтране.
Путь до города не занял много времени. По правде говоря, Элессар мог бы добраться и быстрее, если бы поменьше позволял своей лошади тормозить и общипывать придорожные кусты, но он уже привык использовать верховых животных в качестве индикаторов потенциальной угрозы. Если ест на ходу – всё нормально. Если поднимает голову – недалеко опасность. Если всхрапывает, останавливается и бьёт копытом – грядут серьёзные неприятности.
Ярл отказался верить Лессу на слово, из-за того, что тот был эльфом, а не человеком. Поэтому вислоухому предложили задержаться в городе на несколько дней, пока информация не подтвердится ещё кем-нибудь из очевидцев. И таковой вскоре действительно объявился. Спасшийся с плахи нелегальный мигрант оказался нордом, и это решило вопрос. Балгруф поверил ему, несмотря на весьма сомнительное прошлое пришельца.
На следующее утро их обоих вызвали к ярлу. Правитель Вайтрана оглядел стоящих перед ним мера и человека и предложил им обоим небольшую службу, после которой пообещал достойно вознаградить. Лесс, разумеется, предпочёл бы остаться без платы, но не ввязываться в неприятности, и, несомненно, так и поступил бы. Только вот, когда Элессар представил себе снисходительное презрение в глазах нордов, откуда-то из глубин подсознания, может быть, со дна памяти поколений, поднялась гордость. Вислоухий, обычно предпочитавший сутулиться, чтобы не сильно возвышаться над толпой, выпрямился во все свои два метра, поймал взгляд Балгруфа и с достоинством кивнул.
– Я согласен.
– Отлично, – хохотнул ярл. – Фаренгар введёт вас в курс дела.

– Знал бы, на что подписываюсь, никогда бы не согласился! – ругнулся Лесс и выпустил в подбегающего разбойника ветвистую молнию.
– Ушастик хочет к мамочке? – поинтересовался норд, который так и не назвал альтмеру своего имени. Впрочем, Элессар тоже не представился, и обращались они друг к другу либо «эй!», либо с использованием разнообразных эпитетов.
– Только после тебя, – парировал Лесс и сотворил заклинание паники.
– Такую драку испортил, – усмехнулся норд, посмотрев вслед убегающим бандитам. – Ладно, пошли, давай посмотрим эти развалины.
– Идём, – согласился Элессар, но предусмотрительно пропустил вперёд временного напарника.
Довольно скоро они натолкнулись на головоломку.
– Во, здесь как раз твои магические мозги пригодятся. Я никогда все эти задачки решать не умел.
– Хоть в чём-то северный варвар признал преимущества интеллекта, – фыркнул Лесс и задумался над решением. – Здесь всё просто.
На винтовой лестнице доблестный альтмер снова шёл позади, поэтому расправа над местными крысами прошла без его участия. И по той же причине Элессар не попался в паутину.
Здоровенный паук оказался на диво шустрым и успел цапнуть норда до того, как жуткую тварь настиг клинок дремора. Элессар вспомнил про то, что вообще-то умеет вызывать даэдра, и сейчас, морщась, лечил порез на запястье. Он не успел далеко продвинуться в изучении демонологии, потому, заклиная, вынужденно использовал собственную кровь.
Житель Обливиона с хрустом выдернул свой меч из трупа паука, презрительно фыркнул на мага и исчез, как только заклинание перестало удерживать его в этом мире. Лесс облегчённо выдохнул, каждый раз, прибегая к вызовам, он втайне боялся, что демон вырвется из-под контроля и нападёт. Но обошлось, как всегда.
Следовало заняться напарником – норд выглядел нездоровым и слегка умирающим. Вислоухий покачал головой и полез в инвентарь за универсальным противоядием.
Человек очнулся вскоре после того, как Лесс дал ему лекарство, и даже смог подняться на ноги. Элессар украдкой перевёл дух, он опасался, что зелье десятилетней выдержки, взятое им по ошибке, окажется перебродившим.
Приключение в Ветреном пике продолжилось. Были там и воришка-данмер, попытавшийся обмануть их, и жуткие драугры, и какая-то стена со светящимися рунами, от которой Лесс еле оторвал своего спутника. Норд отрываться не желал и лип к стене, как к любимой девушке. Впрочем, потом появилась совершенно жуткая нежить, и ещё полчаса пришлось посвятить её упокоению.
Результатом всех мытарств стала плоская каменюка с картой на одной стороне и непонятными рунами – на другой. Разумеется, тащить её пришлось Лессу, поскольку «Ты хоть и немочь ушастая, зато инвентарь у тебя наверняка большой, практики-то много».

Фаренгар остался очень доволен и посоветовал немедленно подойти к ярлу за причитающейся наградой.
Элессар уже предчувствовал, как уйдёт в компании неплохой денежной суммы, но, увы, судьбе было снова угодно его обломать.
– Пожар! Горим! То есть дракон! Огнедышащий!
– Где? – тут же оживился норд, схватившись за меч.
– У западной сторожевой башни!
«Пошли отсюда, Лесс», – вздохнули инстинкты. – «Тут нам всё равно ничего не обломится». Элессар молчаливо согласился и незаметно отстал. Ему казалось, что, если бы он ещё немного подождал, долги и обязательства начали бы нарастать, как снежный ком.
– Награды, награды… Нету у меня никаких наград, мне и так неплохо живётся. Лошадь есть, на еду заработать легко, алхимические инструменты при себе, растения повсюду, что ещё для счастья надо? – спросил вислоухий у пустоты и ответил сам себе: – Чтобы не трогали, и никаких опасностей!
Это действительно была бы идеальная, тихая и спокойная жизнь, но в глубине души Лесс догадывался, что, если таковой счастливый миг для него и настанет, то только в глубокой старости.

Вот это было ему по нраву! Приключения, схватки, опасности! Теперь ещё и драконы, опасные противники. Но тем интереснее!
Жалко, что тот забавный вислоухий эльф всё-таки оказался трусом и сбежал. С ним было весело, а ещё ушастый умел лечить и разгадывать сложные задачки. Ничего, может быть, дылда всё-таки одумается и вернётся, это было бы здорово.
Дракон вернулся совершенно неожиданно, но он сумел разглядеть чудовище во всех подробностях и окончательно закрепил первое впечатление. Курица, как есть курица, только большая и в чешуе. И огнём дышит. А так – две ноги, два крыла, орёт и тупая. Курица, даром что ящерица.
Здоровенную серую тварь убивали долго и упорно, хотя изначально планировалось сделать всё быстро и решительно. Но, наконец, истыканный стрелами, как иглами, дракон заревел и рухнул на землю.
Того, что случилось потом, не ожидал никто. Исполинская туша словно превратилась в пук света и втянулась в норда, как мелкий мусор в водоворот, и вместо дракона остался лишь скелет.
А ему почему-то очень захотелось выкрикнуть слова, что были отпечатаны на той стене. Он не привык перечить своим желаниям, и проорал незнакомые слоги во всю глотку.
О своём опрометчивом поступке норд пожалел, растирая горящее огнём горло, но реакция стражников того стоила!
Знать бы ещё, что означал тот дикий вопль «Доваки-и-и-и-ин!!!», который он услышал при входе в город.

Глава третья, в которой Довакин придумывает хитрый план, Лесс ввязывается в рискованную авантюру, а талморцы ловят шпиона


Лесс решил податься в сторону от Вайтрана и не появляться там пару лет, пока про него не забудут. У людей короткая память, и это иногда было на руку долгоживущему альтмеру.
Долго ли, коротко, но в конечном итоге Элессар прибыл в Солитьюд. К сожалению, здесь же располагалось талморское посольство. Лесс настороженно относился к ним, поскольку справедливо полагал, что его могут не принять за сородича. Ведь правда, где это видано, чтобы эльф, представитель высшей расы, кочевал от места к месту и брался за любую пригодную для мага работу? Элессар великолепно сознавал свои недостатки, но менять ничего не собирался, его полностью устраивал нынешний образ жизни. Поэтому вислоухий решил остановиться в городе лишь на ночь, а утром снова двинуться в путь.
Несомненно, он так бы и поступил, но… Ох уж эти «но», одно слово способно обломать все мечты и начинания на корню.
Элессара окликнули подозрительно знакомым голосом.
– Эй, дылда ушастая! Иди сюда, поговорить надо!
Лесс, не сдержавшись, впечатал в лицо ладонь и медленно обернулся.
Шумный северный варвар, широко улыбаясь, приветственно махал ему секирой.

Довакина немало заботил вопрос с приёмом у талморцев. И Дельфина, и Малборн расписывали предстоящее дело в самых радужных красках, но норд был убеждён, что не всё там так легко и просто. К тому же он здраво оценивал свои силы и признавал, что вряд ли сумеет пробраться, куда надо, незамеченным. Разве что абсолютно весь состав посольства будет чем-нибудь занят, тогда у драконорождённого появится шанс.
Норд почесал бороду и посмотрел вокруг, пытаясь найти вдохновение для умных мыслей. Взгляд его зацепился за высокую фигуру в простой дорожной мантии, ведущую в поводу флегматичную соловую кобылу. При виде лошади в мозгу Довакина что-то щёлкнуло, и он узнал того эльфа, с которым был в развалинах храма. Когда надо, норд умел думать быстро, и громко позвал вислоухого. Тот вздрогнул и обернулся, почему-то положив на лицо ладонь и смотря одним глазом сквозь растопыренные пальцы. Человек не обратил на странности ходячей желтухи внимания и помахал оружием, призывая подойти поближе.
Альтмер покачал головой, опустил руку и широким шагом направился к норду. Остановившись напротив драконорождённого, эльф почти грозно посмотрел на него сверху вниз.
– Что тебе нужно?
– Дело есть, – таинственно сказал Довакин и утянул ушастого в дом.

– Нет, нет, и ещё раз нет! – решительно произнёс Лесс. – Вы хоть понимаете, на что меня толкаете?
– Но ты ведь альтмер! – сказал норд. – И они альтмеры. Волки не едят волков.
– Если талморцы – волки, то я в сравнении с ними буду дворовой шавкой! – воскликнул Элессар.
– Трус и слабак, – припечатал тот, кого называли драконорождённым.
– Не спорю, – вислоухий отвёл взгляд, опустил голову.
Воцарилось молчание. Под тремя пронзительными взглядами Лесс чувствовал себя очень неуютно. Не в силах больше терпеть, он встал и направился к выходу.
Даже спустя много лет Элессар не мог ответить на вопрос, почему он уже у самого порога развернулся, вернулся за стол, где обсуждалась дикая авантюра, и дал своё согласие.

От приглашения на вечеринку Лесс отказался, сославшись на свои методы. Владея искусством иллюзорной смены облика, не так и трудно превратиться в другого эльфа. В талморца.
Мимо внешней стражи Элессар прошёл неузнанным и без препятствий проник в зал, где проходил приём. Но уже на следующем этапе самообладание отказало ему. Лесс замялся, и тем самым привлёк внимание караула.
– Что-то не так, собрат? – обратился к замаскированному альтмеру один из стражников.
– Нет-нет, всё в порядке, не стоит беспокойства.
Элессар пребывал в неведении относительно того, как между собой общаются талморцы, поэтому и выдал себя своим поведением.
«Беги, Лесс, беги!»
Он и сам, без подсказки внутреннего голоса, заметил, что стражники потянулись за оружием, и, развернувшись на месте, помчался к выходу.
На них недоумённо оглядывались, всё-таки картинка действительно необычная – двое талморцев бегут за третьим. Элессар почти добежал до выхода, когда дверь распахнулась, и в дом ввалились готовые к бою воины, услышавшие странный шум. Ойкнув, Лесс поменял направление и ускорился.
Во внутренний двор он выбежал первым и собрал на себя взгляды всех находившихся там талморцев. «Лови шпиона!» – крикнул кто-то за спиной. «Дело плохо», – подумал Лесс и вновь сорвался с места.
Элессар метался по замкнутому пространству, как загнанный зверь, и не находил выхода. Пока что ему удавалось избегать столкновений, хотя на «хвосте» висело не меньше десяти злобно настроенных эльфов, но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно его бы схватили. Лессу не хотелось думать о возможных последствиях.
Его мозг работал на полную, ища выход из ситуации. Двери блокированы, забор слишком высокий, не перепрыгнуть…
Лесса озарило, и он на бегу запустил руку в инвентарь. Зелье прыгучести нашлось быстро, оставалось только зубами сорвать пробку и сделать глоток.
Оттолкнувшись от земли, Элессар взмыл высоко над головами талморцев, задорно проорал «Нас не догонят!» и приземлился с другой стороны забора. Махнув опешившим эльфам ручкой, он побежал вниз по улице, завернул за поворот и стал невидимым.
Оставалось добраться до трактира, забрать лошадь и уехать подальше от Солитьюда, куда-нибудь, где не будет риска встретить одного наглого северного варвара!

Довакин не знал, как тому вислоухому дылде удалось запудрить талморцам мозги и заставить бегать за своим же, но заварушка вышла знатная! Эльфы оказались настолько увлечены погоней и поисками сбежавшего «шпиона», что для норда не составило труда, выпив зелье невидимости, прокрасться в покои Эленвен и хорошенько всё обыскать. Помимо нужных документов, в инвентаре драконодождённого скрылось всё, что плохо лежало и не было прикручено. Ну а почему нет, талморцы богатые, от его скромных усилий не обеднели бы.
Авантюра с посольством завершилась успешно, и Довакин не преминул обмыть радостное событие. Он хотел пригласить на пьянку и ушастого мага, но тот вновь как сквозь землю провалился. Норд не сильно расстроился, узнав об этом. Ему казалось, что этот забавный эльф ещё появится на его пути, когда возникнет нужда.

Где-то, неизвестно где, Принц Безумия Шеогорат, весело смеясь, погасил экран и встал, разминая мышцы.
– Давняя идея оказалась более чем удачной, правда, киса?
Лежавший возле кресла хаджит дёрнул ухом и поднял голову.
– Большой зверь прав. М’Айку тоже нравится жёлтый кот. За ним интересно наблюдать.
– Ты ещё пересечёшься с ним?
– М’Айк не знает, М’Айк ходит по дорогам, и жёлтый кот тоже. Возможно, М’Айк и жёлтый кот ещё столкнутся. И это будет интересная встреча.

Глава четвёртая, в которой мурлыкает хаджит, ведутся разговоры о драконах, и отправляется за Древним Свитком Довакин


Под копытами лошади хрустел снег, а сама лошадь задумчиво хрупала голой веткой. В разгар зимы трудно было отыскать хотя бы клочок травы, но соловой кобыле было всё равно, она могла питаться и древесиной.
Лесс почти дремал и так бы и заснул прямо в седле. Он доверял своей лохматой спутнице, поскольку его лошадь обладала удивительной способностью выбирать правильную дорогу и точно не завезла бы его в опасное место. Уйти в мир сновидений Элессару помешало громкое мурлыкание, совсем близкое. Лесс встрепенулся, выпрямился и навострил уши, настороженно вглядываясь в придорожный кустарник.
– Жёлтый кот опять всего боится? – поинтересовался вкрадчивый голос за спиной. Элессар обернулся, поймал взгляд кошачьих глаз и улыбнулся, узнав хаджита.
– Здравствуй, М’Айк. Опять хочешь сказать что-нибудь странное и непонятное?
– М’Айк давно не видел жёлтого кота и решил, что соскучился, – доверительно сообщил мохнатый клубок, взмахнув хвостом.
– До этого ты не появлялся почти два века, – заметил Лесс. – А сейчас соскучился за пару месяцев?
– М’Айк был занят! М’Айк особенный, и у М’Айка могут быть особенные дела! – хаджит недовольно ощерился и сверкнул глазами.
– Хэй, успокойся! – сказал Элессар. – Я не хотел тебя обидеть, правда. Но наша последняя встреча кончилась тем, что вскоре на меня напал дракон!
– Дракон прилетал не к жёлтому коту, и даже не к драконоеду. Он просто прилетел сквозь время, потому, что пришла пора.
– Что ты имеешь в виду? – уточнил Лесс с подозрением. – Новые неприятности, вроде нашествия демонов?
– Драконов теперь будет много, – безмятежно отозвался М’Айк. – Но жёлтому коту не надо бояться, драконоед съест всех ящериц.
– Драконоед? – переспросил Лесс. Перед глазами мгновенно нарисовалась огромная, жуткая, отвратительная тварь, которая гордо шла по заснеженным склонам, таща в пасти дракона, как носят задушенных куриц собаки. Представленная картина оказалась настолько живой и яркой, что он невольно вздрогнул.
– Драконоед ест драконов, как камень душ. М’Айку это не нравится. Если ты не камень душ, зачем вести себя так, будто ты – камень?
– Да, ты прав, – рассеянно согласился Лесс и посмотрел вперёд. Брови его поползли вверх, а уши, даже вислое, устремились кончиками в зенит.
– Когда я успел свернуть к Винтерхолду?!
– Жёлтый кот не мог прийти туда, куда ему не надо, потому что жёлтый кот – особенный, – сказал хаджит и опустился на четыре лапы.
– Подожди, ну куда ты опять? – почти жалобно воскликнул Элессар, но ответить ему могли разве что скалы. М’Айк совершенно не разучился бегать за прошедшие двести лет.
Немного подумав, Лесс решил всё же продолжить путь. В конце концов, он старательно избегал появляться здесь в течение нескольких десятков лет.
Винтерхолд… Лесс помнил этот город совсем другим, и сейчас его сердце невольно сжалось, когда он оглядывал остатки былого великолепия. И лишь только Коллегия казалась нетронутой.
«Интересно, мой пропуск ещё действителен?» – подумал Элессар, доставая из инвентаря знак мастера-иллюзиониста. – «Было бы забавно вновь сдавать экзамен на входе».
Доказывать свою магическую состоятельность вислоухому не пришлось. Конечно, его встретили с удивлением, но на все вопросы Лесс предпочёл дать размытые ответы-отмазки, и от него отстали, ничего не добившись.
А Элессар отправился в Арканеум.
Библиотека встретила его запахом старых книг, ощущением величия знаний и тишиной. Лесс осторожно сделал несколько шагов, звонким эхом отразившихся от стен и потолка.
– Кого я вижу, – навстречу гостю вышел главный смотритель хранилища. – Ты вернулся. И совсем не изменился. Даже ухо не починил до сих пор.
– Меня полностью устраивает моя внешность, – сказал Лесс, недовольно дёрнув упомянутым калечным ухом. – А ты постарел.
– Не всем же жить столько, сколько живут альтмеры, – добродушно рыкнул орк, пригладив бороду. – Какими судьбами, Элессар?
– Ураг, ты не поверишь. Лошадь завезла, совершенно случайно, – признался эльф.
– Случайности не случайны. Наверное, это было нужно. Пойдём, попьём чаю, поговорим о жизни. Расскажешь мне, что делается во внешнем мире, а то мы здесь сидим почти как в осаде.
– Хорошо, – согласился Лесс и пошёл следом за орсимером.

– FUS RO DAH!!!
Звук прокатился мощной воздушной волной, заставив здание Коллегии встряхнуться от башен до фундамента.
Элессар вздрогнул и чуть не расплескал кружку.
– Что это было?
Ураг гро-Шуб задумчиво нахмурил брови.
– Рискну предположить, что к нам пожаловал некто, владеющий искусством Крика. Помнится, ты когда-то всерьез интересовался этой магией.
– Ах да, точно, – кивнул Лесс, – я тогда ещё решил, что мне легче размахивать руками, чем орать, как трактирный пьяница.
– После того, как сорвал горло и хрипел неделю, – усмехнулся орк. Элессар в ответ только поморщился.
– Крики… – задумчиво протянул он. – Я слышал, что, кроме Седобородых, сегодня этим искусством владеет только один человек, и это…
«Шумный северный варвар! Беги, Лесс, беги, пока тебя опять на что-нибудь не уговорили!»
Лесс попрощался с библиотекарем и решительным шагом двинулся к выходу.

Довакин ворвался в Арканеум, аки вихрь, за что и получил по голове посохом.
– Юноша, это библиотека, соблюдайте правила приличия и тишину, – грозно сказал старый орк.
– А… – сказал норд. – Э… Ладно.
– Моё имя – Ураг гро-Шуб, – представился хранитель Арканеума. – А ваше?
– Меня все называют Довакин, я уже привык, – ответил драконорождённый.
– Приятно познакомиться. Так что вас привело ко мне?

Норд покидал Винтерхолд с гудящей от новых знаний головой. Орк-библиотекарь, стоило Довакину заикнуться про Древний свиток, немедленно нагрузил его самой разнообразной информацией и отправил в какие-то руины.
«Не мог просто сказать, где свиток лежит», – недовольно ворчал про себя драконорождённый. А ещё ему не давала покоя лошадь. На обычную конягу норд бы и внимания не обратил, но эта была слишком необычного цвета. И жевала какой-то куст как раз недалеко от моста. Однако на вопросы о вислоухом эльфе маги лишь пожимали плечами, словно его и не было. Довакину было откровенно лень думать лишний раз, и он благополучно выбросил воспоминание о лошади из головы.

Глава пятая, в которой Довакин ввязывается в драки, Братья Бури штурмуют Солитьюд, а Лесс совершает героический поступок


Прошло три года. Много интересного произошло за это время.
Довакин живым попал в Совнгард, сразил там Алдуина, Пожирателя Миров, и вернулся в Нирн. Об этом он случайно растрепал, когда обмывал победу, и буквально через две недели весь Скайрим распевал баллады по мотивам великого подвига. На текущий момент до сих пор можно, зайдя в трактир ближе к вечеру, увидеть пьяную толпу, вдохновенно горланящую «Довакин, Довакин, налок зин лос варин!». Если крикнуть в пространство «А был ли Довакин?» и тихонько спрятаться там, где не будет риска оказаться задетым, представится великолепная возможность понаблюдать за мгновенно вспыхнувшей дракой.
Партурнакс, сын Акатоша, сумел собрать своих одичавших сородичей и наставить на путь истинный. Рептилии удалились в горы, чтобы не пересекаться с людьми, и у них уже появилось потомство – первое поколение возрождённых драконов.
Разумеется, часть крылатых ящериц осталась в Скайриме, продолжая чинить разрушения. С этими отщепенцами удачно справлялся Драконорождённый вместе со своим ручным драконом Одавиингом.
Шла гражданская война. Братья Бури по-прежнему хотели Скайрим для нордов, а Имперский Легион ратовал за мир-дружбу-объединение и готов был пролить ради этого реки крови.
Случилось так, что в противостояние оказался вовлечён и Довакин. Точнее, он сам вовлёкся, предложив Братьям Бури свою помощь. Ульфрик Буревестник дураком не был и, естественно, принял легендарного героя в ряды борцов за свободу. Со своими новыми соратниками драконорождённый прошёл через множество битв, закалился в боях и стал почти непобедимым противником.

Лесс волею судьбы застрял в Солитьюде. Не так давно от него ушла лошадь, верой и правдой служившая ему два десятилетия кряду. Элессар не боялся остаться без транспортного средства. Он знал, что через несколько лет его найдёт соловая кобыла-трёхлетка и неожиданно ткнётся в спину бархатным храпом. В зубах лошадь будет сжимать ремешок от уздечки, а в инвентаре животного непременно обнаружится седло. Куда уходят старые лошади, и как у них происходит передача сбруи, Лесс так и не смог отследить ни разу за двести лет.
Но пока что вислоухий был безлошадным и решил задержаться в городе на пару недель. Его немало беспокоили слухи о виденных то тут, то там Братьях Бури, и Элессар не хотел рисковать, передвигаясь пешком. Зимой от агрессивно настроенной толпы его не спасла бы даже невидимость – не снегу всё равно остались бы предательские следы.
Штурм начался совершенно внезапно, защитники успели только возвести хлипкие баррикады, прежде чем на город накатила безликая волна.
Лесс и без подсказки инстинктов догадался, что нужно сваливать, и тихонько пошёл по улицам, скрываясь за невидимостью. Нужно было лишь следить за тем, чтобы не натолкнуться на кого-нибудь из сражающихся и не попасть под обстрел. Заработать стрелу в колено или в спину Элессару не хотелось.
Возможно, Лесс так бы и сбежал, никем не замеченный, но, когда вислоухий уже приближался к выходу, он неожиданно зацепился взглядом за воина, ловко орудующего боевой секирой.
Перед глазами всплыла картинка – шумный северный варвар воодушевлённо размахивает своим оружием и зовёт обсудить важное дело. Элессар невольно мученически застонал. И здесь этот Довакин!..
«Беги, Лесс, беги!» – поторопил внутренний голос. – «Чего стоишь?»
Элессар заметил на крыше трёх лучников, что выбрали норда своей мишенью. Сейчас выстрелят.
«Что он тебе? Два раза вовлекал тебя в неприятности, не дал нормально поговорить с Урагом, и вообще – на стороне Братьев Бури, а они выгонят из Скайрима все остальные расы, потому что север – для нордов!»
«Иди ты лесом», – впервые в своей жизни эльф огрызнулся на голос, что не раз предупреждал его об опасности, и выпростал руки вперёд.
Вокруг Довакина сомкнулся прозрачно-фиолетовый купол щита, от которого бессильно отскочили летучие посланницы смерти.
Но Лесс этого уже не видел. Он бежал.

Братья Бури выиграли ту войну и торжественно объявили независимость от Империи. Талморцы были изгнаны за пределы Скайрима, насчёт остальных новая власть была не столь категорична. Потом, на волне всеобщей эйфории, победители случайно разнесли остатки Винтерхолда, и Коллегию магов пришлось переименовывать в Академию Пустоши.
Радость длилась ровно до того момента, когда скайримцы поняли, что из всех достояний у них только саблезубы да мамонты. К сельскому хозяйству горные долины были мало предназначены из-за постоянных морозов, хлеб раньше завозили из Сиродиила. Но сейчас Империя демонстративно объявила новому государству бойкот. От Хай Рока Скайрим тоже не мог ничего получить – те же горы, только западнее, а Морровинд громко и демонстративно плакал, что у него двести лет назад вулкан взорвался, и с тех пор всё плохо-плохо-плохо. На самом деле на Вварденфелле всё было хорошо, и даже очень, но хитроумные данмеры старательно этот факт от остального мира скрывали.
В конечном итоге, промаявшись тридцать лет, Скайрим благополучно вернулся в состав Империи. Остальные провинции, посмотрев на это, дружно расхотели становиться независимыми государствами. План Талмор блестяще провалился.
Алинор тоже долго не протянул. Как оказалось, без имперской харизмы сдерживать взаимную ненависть ближайших соседей – хаджитов и босмеров, было просто невозможно. Эльсвейр и Валенвуд сцепились не на жизнь, а насмерть, и плевать хотели на попытки их растащить. Те талморцы, кого не успели съесть или замурлыкать до смерти, сбежали обратно на архипелаг и, кажется, зареклись когда-либо соваться на Тамриэль. Драчунов в то же десятилетие обратно подобрала Империя, и на материке воцарился мир и покой. Ну, ровно до того момента, когда Шеогорату в следующий раз стало скучно.

А Элессар в кои-то веки зажил спокойно. Сбежав в Хай Рок, он без проблем получил расположение местной магической гильдии и дослужился до весьма высокого поста, обучая молодёжь искусству иллюзии.
Умение менять облик вислоухому с тех пор ни разу не пригодилось, и голос в голове больше никогда не кричал, призывая бежать. То ли не нужен стал, то ли и правда ушёл, куда послали.
Иногда Лесса навещал хаджит М’Айк Лжец, рассказывал очередную странную историю и вновь надолго исчезал.
А ещё в Хай Роке широко распространилась порода пофигистичных лошадей-скалолазов.
И жили все долго и счастливо.
Конец.


Эпилог


Элессар Мудрый, за глаза называемый не иначе как Вислоухим, уютно устроился в кресле у камина и закрыл глаза.
В последнее время он начал куда быстрее уставать, и магия отнимала всё больше сил. Солнце альтмера катилось к закату, даже высоких эльфов в конечном итоге настигает старость. Не избежал её влияния и Лесс.
Сквозь тихий треск горящих поленьев пробился другой звук, которого не должно было быть в этой комнате. Элессар тут же открыл глаза и напружинился, пусть в его теле уже не было прежней быстроты, а в уме – гибкости, он всё ещё мог за себя постоять. Но, увидев своего внезапного гостя, он вновь расслабился. От такого не убежишь.
– Здравствуй, Лесс, – приветливо улыбнулся Шеогорат, и от этой улыбки эльфу захотелось оказаться где-нибудь подальше. По возможности на другом материке.
– Приветствую, Принц Безумия, – Элессар поднялся и склонил голову, выражая уважение. С лордами даэдра безопаснее для жизни быть вежливым.
– Я хочу предложить тебе сделку, жёлтый кот.
Лесс вскинул на Шеогората недоумённые глаза.
– Откуда?..
– М’Айк много рассказывал про тебя. Что ты думаешь насчёт второй молодости?
Элессар не сразу сориентировался из-за мгновенной смены темы. Но потом сразу почувствовал подвох.
– А что я буду вам за это должен?
– Ничего более сложного, чем просверлить в сыре дырки! – засмеялся Безумный Принц. – Когда ты помолодеешь, твоя жизнь вновь наполнится разнообразными и интересными приключениями, только и всего.
Лесс поморщился, вспомнив некоторые «интересные приключения», и задумался. В сделках с даэдра нельзя оказаться в выигрыше, даже при своих остаться проблематично. Но здесь всё выглядело достаточно прозрачно.
Возможно, если бы инстинкты очнулись хоть ненадолго, этого никогда бы не случилось. Но история не терпит сослагательных наклонений. Сделка была скреплена рукопожатием.

Лесс задумчиво разглядывал подозрительную точку в небе. Ему казалось, что это уже когда-то было. Точка стремительно приближалась и росла, обретая очертания. Инстинкты, наконец, отреагировали на неопознанный летающий объект в своей привычной манере. «Беги, Лесс, беги!» – завопил внутренний голос, и эльф, вздрогнув, подобрался, готовый сорваться с места. Но он не успел.
Тяжёлая книга в твёрдом переплёте ударила альтмера по макушке, соскользнула вбок и рухнула на землю. Потерявший сознание Лесс свалился рядом. Неподалёку с хрустом сломанной шеи рухнул незадачливый воздухоплаватель, оказавшийся босмером в мантии мага.

Шеогорат, весело смеясь, потрепал довольно мурчащего хаджита между ушей и с воодушевлением уставился на экран. Представление обещало быть долгим и интересным.



@темы: Облив, ФБ-2012, повести, творчество