nastyKAT
У каждой крыши свой стиль езды.




Название: Беги, Лесс, беги!
Автор: nastyKAT
Беты: Achenne, Donna le Kay, мну
Иллюстратор: Aihito
Вёрстка: Русалка Милюля
Картинки заглушек: strange
Задание: фильм "Форрест Гамп"
Размер: миди, 15380 слов, считая названия глав, не считая примечания (в общей сложности, каждая часть не меньше 5 тысяч слов) Хотя щас уже наверное другое, я тут на ходу лишних "подростков" вырезаю
Персонажи: ОМП, Нереварин, Защитник Сиродиила, Довакин, Шеогорат, М'Айк Лжец и множество других
Категория: джен
Жанр: юмор, приключения, action, AU
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Началась эта история с того, что Шеогорату стало скучно. Тогда Принц Безумия выбрал среди всех новорождённых одного-единственного, и наделил его своим "благословением". Обласканный вниманием лорда даэдра получил редкий магический дар, а так же повышенное чувство опасности, и чудом избежал смерти в младенчестве. Но платой за всё стала бесконечная череда неприятностей и просто рискованных ситуаций, в которые наш герой попадает с завидной регулярностью...
Примечания: 1. Повесть написана по трём играм серии TES, но после окончания сюжета TES 4: Oblivion реальности несколько расходятся. Автор случайно.
2. В этой реальности инвентарь из игровой условности превратился в массовое явление. Из-за влияния на Нирн многочисленных планов Обливиона у всех высокоразвитых живых существ развился подпространственный карман, для краткости называемый инвентарём. Разумные существа имеют доступ к своему инвентарю в любое время, при наличии минимальных магических способностей можно залезть и в чужой инвентарь. Животные не управляют инвентарём, он у них может открываться-закрываться в любое время и захватывать случайные предметы. Раскрыта тайна вилок, которые можно найти у грязекрабов!
3. Во время повествования несколько раз упоминается цвет глаз главного героя. Каждый раз разный. Это не баг, это фича. Ореховый цвет глаз, иначе называемый болотным, в зависимости от освещения может казаться карим, каре-зелёным, золотистым или же жёлтым в зелень.
4. По всей повести разбросано великое множество отсылок. Желающие могут поиграть в угадайку в комментариях
Примечание 2: Текст является частичным ретейлингом, с использованием многочисленных аллюзий на первоисточник.
Скачать: в .rtf




Часть вторая. Почти амнистия
Глава первая, в которой Лесс бегает, как подпаленная крыса, начинается кризис Обливиона, и где-то за кадром выходит из тюрьмы Маркус


Первая часть истории кончилась побегом Лесса с Вварденфелла, и им же начинается вторая.
От пробудившегося вулкана наш герой всё же сумел убежать, чему был несказанно рад. Он даже сумел без происшествий добраться до Гнаар Мока, что было весьма странно при его выдающемся «везении». И, что ещё более удивительно, Лесс без проблем нашёл корабль, который стартовал с острова, и купил себе место на нём.
По прибытии на материк первым местом, куда отправился Элессар, стал Имперский Город. Конечно, пешком было бы добираться слишком долго, но вислоухому альтмеру вновь неожиданно повезло. Ему удалось выгодно продать часть накопившихся в инвентаре алхимических ингредиентов, и вырученных денег с лихвой хватило на смирную выносливую лошадку соловой масти. Хотя Лесс никогда до этого не был в седле, он всё же смог разобраться с управлением и добрался до центра провинции Сиродиил достаточно быстро и с комфортом. Конечно, в первые дни езда верхом оборачивалась не самыми приятными последствиями, но довольно скоро Элессар смог к этому приноровиться.
К сожалению, по прибытии в Имперский город выяснилась некая неучтённая ранее им подробность. Доступ к Университету Волшебства можно было получить, лишь став действующим членом местной гильдии и заработав рекомендации от восьми отделений в крупнейших городах. Раминус Полус, маг, дежуривший в приёмном отделении центральной башни, отказал Лессу даже в демонстрации его умений, сказав, что, как бы ни был искусен маг, желающий поступить в университет, он должен доказать свою полезность Гильдии или Империи. Элессар не решился настаивать и ушёл.
Цены на комнаты в местных трактирах оказались до неприличия высокими, поэтому он решил не задерживаться в городе и продолжил путь.
В жизнь Лесса снова пришёл период «ученика на побегушках».
Первым городом на пути вислоухого эльфа стал Скинград. Как ни странно, получить рекомендацию оказалось неожиданно легко, достаточно было лишь несколько дней побегать по окрестностям, занимаясь давно привычным делом. Да-да, именно сбором ингредиентов. Конечно, с местными растениями Лесс не был знаком, но он за годы практики научился интуитивно чувствовать, какая именно часть может пригодиться алхимику.
Благополучно сдав два мешка с травой Адриане Берин, главе отделения, Элессар попросил копию рекомендации себе, на случай, если оригинал затеряется, и продолжил путь. Правда, пришлось заплатить на выходе штраф за то, что его лошадь некультурно нагадила на мостовой.
– Ну и законы у них пошли, – ворчал Лесс, выговаривая накипевшее животному, как единственному собеседнику. – Я что, сам должен был эти тюки до гильдии тащить? Зато теперь понятно, почему все оставляют своих коней за городом. Это действительно дешевле, чем платить штраф!
Лошадь согласно фыркала в ответ на все жалобы и мерно перебирала копытами, изредка прихватывая какую-нибудь травинку.
Следующим пунктом назначения стал Кватч. Этот город Лессу не понравился. Да и маги местные были какими-то мутными, словно под скуумой. Элессар очень старался, но так и не смог добиться задания более осмысленного, чем «сходи куда-нибудь, принеси что-нибудь, только не путайся под ногами». Поняв, что ничего сегодня не добьётся, он отправился искать себе ночлег. Оставаться в здании гильдии, среди незнакомых подозрительных магов, Лессу было страшно. Вот так уснёшь, а проснёшься на алтаре, если вообще проснёшься.
Но спокойно провести вечер и ночь Элессару было не суждено.
Небо затянулось облаками и зловеще покраснело. Эльф вскинул голову вверх, пытаясь понять, что происходит.
«Беги, Лесс», – тихонько зашептали инстинкты и вдруг закричали в полный голос: – «Беги!!!»
Земля недалеко от него вспучилась, взметнулись чёрные «когти», задрожала, натягиваясь, плёнка портала, но Элессар этого уже не видел. Он бежал, накинув на себя невидимость. За его спиной раздавалось воинственное верещание скампов и крики людей.
Лесс успел покинуть город до того, как стало слишком поздно. Схватив свою испуганную лошадь под уздцы, он успокоил её заклинанием и запрыгнул в седло, тряхнув поводьями. Животное согласно заржало и потрюхало вперёд резвой рысью – галопом по извилистой тропе скакать было небезопасно.

Маркус сверился с походной картой. Да, осталось уже немного. Имперец сложил лист пергамента, спрятал его в инвентарь и продолжил путь.
Он сам не понимал, как оказался вовлечён во всё это, но происходящее не было сном. Император Уриэль Септим действительно погиб, и у него действительно остался единственный наследник. Брат Мартин, священник храма Девяти в Кватче.
Когда Маркус свернул с главной трассы, на глаза ему попался приближающийся всадник на лошади, несущийся во весь опор. Порядком заинтригованный имперец выбросил в сторону руку с мечом, приглашая остановиться. Лошадь притормозила. Всадником оказался подозрительно юно выглядящий альтмер, в чьих карих глазах плескался страх.
– Не надо, у меня ничего нет, правда!
– Я не собираюсь тебя грабить, правда, – Маркус старался говорить тихо и спокойно, чтобы не напугать ушастого ещё больше. – Скажи мне, что происходит?
– Я не знаю! Правда, не знаю! Я таких тварей даже не видел никогда! И я определённо не делал ничего плохого! Спроси у других, если кто-нибудь выжил, и если тебе не страшно туда идти! А я должен предупредить магов!
Эльф пришпорил свою лошадь и, обогнув Маркуса по обочине, скрылся вдали.
Имперец недоумевающе посмотрел альтмеру вслед. Кажется, тот находился не в своём уме.
В любом случае, стоило узнать всё более подробно, и Маркус отправился вперёд по тропе.

Благодаря стечению обстоятельств Элессар стал первым, кто донёс до магов сведения о начале вторжения Обливиона. Конечно, об этом не узнал никто посторонний, лишь Раминус и архимаг Трэвен, но эти двое сумели распорядиться информацией с наибольшей выгодой для себя.
В качестве благодарности за бесценные сведения, что предоставил вислоухий альтмер, его в порядке исключения наградили доступом в Университет даже без прохождения обязательного испытания новичка.
Хотя сам Лесс в итоге оказался этому не очень рад.
После прохождения краткого учебного курса он должен был в числе прочих отправиться на войну с даэдра. Война означала драки, монстров и бесконечную череду опасностей. Впервые в жизни Элессар пожалел о том, что вообще умеет колдовать.

Глава вторая, в которой Лесс едет на север, ведутся странные разговоры, а Маркус ищет шпионов около Брумы.


Около месяца Лесс, одуревший от представившихся возможностей, не вылезал из Мистических Архивов. Конечно, его энтузиазм несколько поутих, когда он обнаружил, что в Сиродииле совершенно отсутствуют заклинатели таких направлений, как левитация и телепортация, а так же никто не занимался модификациями облика, ни с помощью изменения, ни с помощью иллюзии. Но зато местная гильдия широко практиковала демонологию, куда шире, чем гильдия Вварденфелла. Элессару навсегда запомнился «зверинец» при университете, полный тварей, ещё более жутких, чем те, что обитают на острове.
Столкнуться с кем-нибудь вроде скампа Лесс бы очень не хотел, но идея призвать даэдра, чтобы помогал в бою, ему очень понравилась.
Зародившееся в душе Элессара увлечение демонологией привело к тому, что он отправился на север, в город с простым названием Брума. Там жил самый сильный демонолог в провинции, Воланаро, и Лесс надеялся, что тот не откажет сородичу и посвятит его в часть тайн мастерства.
Лошадь, порядком застоявшаяся в городской конюшне, восприняла путешествие с радостным пофигизмом, что заключалось в чуть более бодрой, чем обычно, рыси. Но Лесс всё равно удивился, когда его без особого труда догнал хаджит и совершенно по-кошачьи требовательно мяукнул.
«Разбойник!» – сообразил Элессар, вспомнив про рассказы о местных «измерителях скорости» – в том смысле, что они прятались в придорожных кустах и грабили всех, кто не мог достаточно быстро убежать. Первой реакцией Лесса стал испуг, и сразу же за ним – вбитый леди Атарис рефлекс. В усатую морду полетел огненный шарик. Казалось бы, сейчас попаленный кошак должен отстраниться, спасая глаза, но нет – хаджит лишь чуть прищурился, а фаербол бессильно потух, ударившись о его нос. «Бежим, Лесс?» – предложил внутренний голос. Эльф собирался последовать его совету, но не успел.
– М’Айк хочет лишь поговорить. Жёлтый котёнок совсем глупый, что не понимает и боится, – произнёс «разбойник».
– Как ты это сделал? – спросил Лесс, слегка оправившись от шока. – Я не заметил, чтобы ты держал щит.
– М’Айк особенный, – сказал кот, взмахнув хвостом. – М’Айк очень быстро бегает, и М’Айка нельзя убить.
– А почему ты такой, М’Айк? – поинтересовался Элессар, не сумев совладать с любопытством.
– Потому что М’Айк особенный, – ответил кот с лёгким раздражением, он явно был недоволен тем, что Лесс не понял с первого раза. – И жёлтый котёнок тоже особенный.
– Я? – удивился Элессар. – Какой же я особенный? Я самый обычный, не герой какой-нибудь. Вот Нереварин или святой Джиуб – они особенные.
Закрапал противный осенний дождь, которому вскоре предстояло смениться снегом.
– Даже небо плачет от смеха, когда слышит слова жёлтого котёнка, – фыркнул М’Айк. – Герои не особенные. Их потом забывают. Остаются такие, как М’Айк и жёлтый котёнок.
– Ты говоришь странные вещи, – осторожно заметил Лесс, не решившись сказать «да вы, котенька, псих» неуязвимому хаджиту в лицо.
– Жёлтый котёнок ещё увидит, – уверенно сказал кот. – Увидит, что имперца и данмера забудут ещё до того, как придёт норд. И увидит, что драконы спустились с небес и стали видимыми. Драконы есть, хотя М’Айку никто не верит!
Хаджит расхохотался так громко, что лошадь Лесса прижала уши к голове и попятилась, но М’Айк не обратил на это внимания. Кот смеялся почти полминуты, а после как-то резко затих, его уши и хвост безжизненно обвисли.
– М’Айка все называют Лжецом, но на самом деле М’Айк просто особенный, – произнёс он с грустью в голосе. – А сейчас М’Айк идёт искать свою шапку!
Элессар не сумел заметить, когда странный кот сорвался с места. Вроде бы только что стоял здесь, а в следующее мгновение он уже лишь точка в пелене дождя. Лесс смотрел точке вслед, пока та не исчезла, и осторожно тронул поводья, послав лошадь вперёд. Произошедшее настолько шокировало его, что он даже забыл защититься от льющейся с неба воды, а через несколько минут, когда он опомнился, было уже поздно – всё равно вся одежда промокла до нитки.

Маркус уже неделю бродил по лесам Джераллского горного массива, выслеживая шпионов. Шпионы выслеживаться отказывались, поскольку явно умели наблюдать и прятаться лучше, чем недавно вышедший из тюрьмы имперец.
Он вообще не очень понимал, почему это дело поручили именно ему, ведь среди Клинков были намного более умелые следопыты и воины.
«Допустим, я их найду», – размышлял Маркус. – «Что дальше? Разве я смогу с ними справиться? Весьма оптимистично со стороны Джоффри, надеяться на то, что император не ошибся, назвав меня избранным и далее по тексту».
Незаметно для себя имперец вышел на дорогу, но, увидев под ногами камни вместо травы, остановился и огляделся. Справа виднелись городские стены, слева – спуск с плато и одинокий всадник. Всадник, в такое время? Очень подозрительно.
Маркус встал посередине дороги, широко раскинув руки в стороны. Лошадь флегматично фыркнула и остановилась. Её хозяин нервно сжал поводья.
– Извините, но что вам от меня надо? Вы разбойник?
– А вы шпион? – в тон ответил имперец. Потом он присмотрелся к всаднику повнимательнее, и его брови поползли вверх.
– Я тебя уже видел! Ты тот мальчишка-альтмер из Кватча!
Эльф совершенно по-лошадиному пошевелил ушами, на его лице отразились сначала нешуточная работа мысли, а потом и узнавание.
– А вы – тот мужчина, которого я принял за разбойника. Но, что вы здесь делаете? – в голосе альтмера слышалось вполне искреннее любопытство без следа высокомерия, характерного для его расы.
– Дело государственной важности, – отрезал Маркус. – Поэтому вопросы здесь задаю я. Что ты ищешь в Бруме?
– У меня дело к Воланаро из гильдии магов. И сам я тоже маг, – вислоухий продемонстрировал имперцу брошку, которую гильдийцы использовали, как удостоверение личности.
Маркус кивнул с умным видом, хотя на самом деле он не очень понял, что это значило.
– Хорошо, можешь проезжать, – мужчина отступил в сторону.
Альтмер осторожно тронул поводья, посылая свою скотинку вперёд. Пока лошадь не ушла слишком далеко, эльф, не отрываясь, смотрел на человека, тот не уступал. Из-за туч выглянул луч солнца, осветив нескладную фигуру, и на мгновение Маркусу показалось, что глаза парня – зверино-жёлтые, как у Шеогората на одном старинном витраже. Зажмурившись, имперец тряхнул головой, но, когда он вновь бросил взгляд на всадника, вислоухий уже отвернулся, смотря на дорогу, и нельзя было сказать, причудилось ли ему, или это было правдой.
Пеший конного не догонит, поэтому Маркус списал всё на игру света и не стал преследовать альтмера. Вспомнив про задание, имперец лениво выругался и сошёл с дороги.
Его ждали лес, слякоть, ранние горные заморозки и неуловимые шпионы Мифического Рассвета.

Глава третья, в которой Маркус совершает деяние, достойное памятника, Лесс чуть-чуть участвует в войне, а его лошади, как всегда, пофиг


В Бруме Лесс на удивление хорошо прижился, хотя ему и показался довольно холодным местный климат. Отделение гильдии приняло подающего надежды мага с распростёртыми объятиями, а Воланаро оказался весьма приятным собеседником. Единственной чертой демонолога, вызывавшей у Элессара глухое раздражение, была ненормальная любовь сородича-альтмера к шуткам, весьма глупым, надо сказать.
К счастью, Лессу не пришлось долго терпеть розыгрыши Воланаро и его друга-хаджита. В скором времени в Бруме появился дом на продажу, за очень и очень скромную плату. Лесс, не разобравшись в ситуации, поспешил воспользоваться предложением, и только после узнал, что маленький уютный домик ранее принадлежал некоей Джерл, которая состояла в культе Мифического Рассвета и была убита за шпионаж. Но отказываться было уже поздно, да и возвращаться жить в здание гильдии, под одной крышей с шутниками, не хотелось, поэтому Элессар не стал ничего менять.
Не успел он обжиться в новом доме, как по городу поползли тревожные слухи о грядущем нападении воинства Дагона. И первое подтверждение не заставило себя долго ждать. Возле Брумы открылись Врата Обливиона. Но обстоятельства сложились так, что один из Клинков, Маркус, тот самый имперец, которого Лесс дважды принимал за разбойника, умел закрывать порталы в другое измерение и научил тому же стражников. С этой стороны опасности можно было пока не ждать.
Но Элессар ждал и боялся, и давно уже сменил бы место жительства, если бы не знал, что подобные Врата открываются по всему Сиродиилу. Он часто сокрушался о том, что очень неудачно выбрал место для побега, и старался пореже выбираться за городские стены. Совсем без этого Лесс не мог, привыкшая к долгим экспедициям душа звала его в леса, собирать ингредиенты. И он минимум два раза в неделю на целых полдня устремлялся в горы, где проводил время в поисках полезных травок. Северные леса не очень богаты растительностью, поэтому основной добычей Элессара становились пустырник и трутовики.
Иногда в таких вылазках к нему присоединялся М’Айк. Странный хаджит говорил странные вещи, упорно называл Лесса жёлтым котёнком и доказывал, что они с ним – особенные. Вислоухий вскоре привык к этому и даже приноровился поддерживать беседы, полностью лишённые логики. Например, М’Айк мог спросить про магазин штангенциркулей или начать глубокомысленные рассуждения о качестве и цене рыбных палочек. Но некоторые дискуссии выходили действительно интересными, например, Элессару надолго запомнился разговор о личах. С одной стороны – нежить, гниющие твари, с которых отслаиваются куски плоти, с другой стороны – у многих из них сохраняется весьма изощрённый ум. Конечно, Лесс не собирался когда-либо иметь дело с личами, но вопрос, обязательно ли им носить одежду, был весьма любопытным и сулил пару часов ленивых философских размышлений. Да и просто любопытно было спорить с упёртым котом, который утверждал, что «личу одежда нужна ровно в той же степени, что и овце – лютня, то есть низачем».
Пару раз Элессар сталкивался с Маркусом. Этот имперец был интересен тем, что совершенно не загордился от своей известности и продолжал спокойно выполнять данные ему поручения. Что именно делал Герой Кватча, осталось невыясненным, Лессу хватило упоминания государственной тайны, чтобы умерить своё любопытство.

Маркус честно признавался сам себе, что, если бы не зелья, потребляемые им в огромных количествах, он бы уже давно свалился, не сумев выполнить и трети возложенных на него задач. За короткое время он успел объехать несколько городов и руин и призвать для Брумы подкрепление. Имперец побывал в таких местах, куда бы никогда не отважился сунуться простой человек, каким был сам Маркус ещё недавно. Но, кажется, кроме него это всё делать было просто некому.
Очередное задание Мартина… Имперец был слишком патриотичен, чтобы назвать наследника престола безумцем, но и восторга по поводу затевавшейся авантюры не испытывал. Больше всего, конечно, ему не нравилось то, что и Мартин, и Джоффри вновь сделали из него козырного туза, хотя Маркус уже устал пытаться объяснить им, что он – не герой.
«Пусть ты простой человек», – слова последнего Септима звучали у него в голове, – «Но вспомни, как тебя называют. Люди верят в тебя, так стань же героем!»
Что-что, а убеждать императоры, даже будущие, умеют, как никто, так что Мартин честно пытался стать таким, каким его видели.
И поэтому в тот хмурый январский вечер имперец стоял вместе со всеми и ждал, когда откроются Врата Обливиона. Сегодня вторженцам никто не будет мешать, императору нужен Великий сигильский камень, и он его получит.
Маркус оглядел собравшихся. Разношёрстное воинство. Здесь были стражники со всех концов Сиродиила, даже из Кватча, который только начал отстраиваться заново. А за холмом… Имперец пригляделся. А за холмом явственно виднелся круп весьма приметной лошади.
«Значит, и её хозяин где-то неподалёку», – заключил Маркус и почему-то успокоился. Вообще, каждый раз, когда он сталкивался со странным вислоухим альтмером, на него снисходило умиротворение и уверенность в своих силах. Но герой Кватча так и не смог забыть тот жёлтый звериный взгляд, хотя уже успел убедиться, что это было лишь игрой его воображения.
Землю пропороли чёрные шипы. Воздух наполнился гудением портала и противными визгами скампов.
«Пора!» – сказал сам себе Маркус и ринулся в бой.

Элессар действительно был там, за холмом. В тот день он, по своему обыкновению, вышел в лес с самого утра и совершенно ничего не знал о готовящейся битве. Поэтому для него стало огромным шоком, возвращаясь, встретить немаленькую армию на пустом поле. Из предосторожности Лесс не стал им показываться и схоронился вместе с лошадью, дожидаясь дальнейшего развития событий.
Когда один за другим начали открываться порталы, он еле сдержал желание заорать и пуститься в бегство, но, всё же, сумел не выдать себя.
Однако случилось так, что один из атакующих дремора вместо того, чтобы нападать на солдат в лоб, решил обойти их и ударить с тыла. Ну, или он просто заметил флегматично пасущуюся лошадь. В любом случае, закованный в доспехи демон устремился в сторону, где прятался Элессар.
Эльф чуть не потерял сознание от страха, но его заставила прийти в себя его же кобыла. Животное с диким ржанием встало на дыбы и передним копытом заехало врагу по шлему. Раздался явственный звон, дремора пошатнулся, а тут и очнувшийся Лесс от всей души добавил молнией. Демон ещё несколько секунд пытался удержаться на ногах, но всё-таки не устоял и свалился.
«А вот теперь беги, Лесс, беги!»
Элессар облегчённо выдохнул и поспешил убраться подальше вместе с лошадкой, которая вновь потеряла к окружающему миру хоть какой-нибудь интерес.

Маркус в очередной раз совершил подвиг, закрыв Великие Врата. Остаток ночи он проспал без задних ног в военном лагере, а утром его ждал неожиданный подарок.
Недалеко от северных ворот Брумы, на небольшой площади перед Храмом, стояла статуя, изображавшая смотрящего вдаль имперца в простой одежде, но с акавирской катаной в ножнах. Надпись на постаменте гласила: «Спаситель Брумы. Герой пробился сквозь орды Обливиона, вошел в Великие врата и уничтожил адскую осадную машину. Памятник поставлен благодарными гражданами Брумы, 3E 434»
Пожалуй, это была одна из немногих авантюр Воланаро и его друга Дж’Скара, которую единогласно поддержали остальные маги. Всё-таки возвести памятник за одну ночь – достойный вызов даже для могучих волшебников.

Глава четвёртая, в которой Лесс падает в обморок, развязка наступает не по сценарию, но Дагон всё равно проигрывает


На какое-то время ситуация стабилизировалась. Новые ворота появлялись не так часто, и их удавалось закрыть без особых потерь среди войск. Казалось, что у Мерунеса Дагона закончились силы, и победа уже близка.

Когда всё отделение собрали, чтобы сделать магические отпечатки для парадных портретов, Воланаро снова оказался в своём репертуаре...
Элессар занимался магией в своё удовольствие под руководством собрата-демонолога, и даже вечные шуточки Воланаро перестали раздражать молодого эльфа.
После битвы за Бруму прошло две недели, когда в дверь дома Лесса постучались. Открыв, вислоухий обнаружил на пороге своего знакомого.
– Здравствуй, Маркус. Ты как обычно?
Имперец периодически обращался к Элессару за настоем из листьев и цветков пустырника, который действовал на людей успокаивающе. И Лесс не мог его не понимать, времена действительно царили нервные.
– Нет, – Маркус тряхнул головой. – Я по другому вопросу. Ты ведь маг, допущенный в столичный университет?
– Да, – кивнул Лесс, начиная прикидывать, что же от него сейчас потребуют.
– Ты не мог бы сопроводить нашу делегацию в Имперский город? – спросил имперец. – Присутствие такой персоны, достаточно важной, повлияет на престиж всего мероприятия.
Элессар задумался.
– Почему именно я?
Маркус улыбнулся чуть смущённо.
– Тебя я знаю лучше, чем их, и, к тому же, ты просто идеален, если брать по сочетанию силы и серьёзности.
– Тут ты прав, – вынужденно согласился Элессар, представив, в какой цирк мог бы превратить делегацию тот же Воланаро.
– Ну, так что? Ты согласен?
Лесс почувствовал, что очень хочет согласиться. «Дурацкая имперская харизма», – отстранённо подумал он, проникаясь к собеседнику умеренной симпатией, и сказал:
– Да, я приму участие в вашей делегации. Как я понимаю, нужно сопроводить наследника императора в столицу?
– Ты правильно понял, – Маркус чуть наклонил голову. – Спасибо, Элессар! Завтра в шесть утра мы выходим из Облачного Храма, можешь присоединиться к нам возле городских конюшен.
– Договорились.
Лесс посмотрел имперцу вслед, аккуратно прикрыл дверь и, тихонько матерно застонав, уткнулся в стенку лбом. Наследник означал покушения, покушения означали врагов, враги означали, что под удар может попасть и совершенно невиновный вислоухий эльф.
«Будем надеяться, что всё пройдёт мирно», – вздохнул Элессар и занялся сборами в дорогу.

Путешествие из Брумы в Имперский город проходило неожиданно мирно. Ни дикие звери не нападали, ни разбойники не шалили, ни монстры из Обливиона не наскакивали. Первые дни Элессар постоянно вздрагивал и оглядывался, после лишь прислушивался всё время, а потом и вовсе почти расслабился.
Столица встретила их сдержанным любопытством жителей. Ничто, как говорится, не предвещало.
Разговор Мартина с канцлером Окато начался скучно. Лесс слушал краем уха, стараясь не отсвечивать и не привлекать лишнего внимания. Перед этим облечённым властью альтмером он чувствовал себя совсем уж ничтожным.
Речь зашла уже о зажжении Драконьих Огней, когда в зал ворвался запыхавшийся курьер. От принесённой им вести у Лесса мурашки побежали по хребту.
Наступление Обливиона на Имперский Город.
«Я так и знал!» – эта мысль пришла даже раньше, чем обыкновенное в таких ситуациях «Беги, Лесс, беги!» – глас инстинктов запоздал буквально на мгновение.
Но бежать значило повернуться спиной канцлеру и доказать тем самым своё ничтожество. Элессар затравленно оглянулся на Маркуса, который его во всё это втравил. Имперец заметил взгляд Лесса и ободряюще улыбнулся.
– Не переживай, прорвемся! Мартин зажжёт огни в храме, и даэдра уйдут.
– Надо поторопиться, – заметил Джоффри, – иначе мы можем не успеть.
– Вперёд, во имя Империи! – порывисто воскликнул Септим и устремился к выходу. Вся компания, влекомая императорской харизмой, немедленно последовала за ним.
На улицах царил ад. Множество Врат раскрылись прямиком посреди мостовых, порождения Обливиона наводнили город, нападая на мирных жителей и солдат. Маленький отряд пробивался к храму, Клинки разили тварей своими катанами, альтмеры помогали им магией. Лесс мимоходом искал пути к бегству.
Наконец они достигли храмового района.
– О нет, всё пропало, – выдохнул Мартин, указав на что-то взмахом руки.
Элессар неосторожно посмотрел в ту же сторону и застыл.
Над городом возвышалась исполинская туша Мерунеса. Краснокожий четырёхрукий великан размахивал гигантской палицей и медленно приближался к горстке смертных, что хотели нарушить его планы.
– Ещё можно попытаться что-то сделать! – Септим взял себя в руки. – Идём, друзья, мы должны попасть в храм, пусть и кружным путём!
– Я хорошо знаю город, – сказал Маркус, – я вырос здесь и часто играл с ребятами в переулках. Идёмте за мной, я знаю дорогу!
Никто из спешно уходящих в запутанный лабиринт узких улочек не обратил внимания на то, что их группа стала меньше.
Лесс, не отрываясь, смотрел на идущую к нему смерть. Он просто не мог заставить себя сдвинуться с места, хотя верный голос в голове надрывался, призывая бежать, идти, хотя бы ползти в сторону от опасности!
Дагон заметил мелкую неуклюжую букашку на своём пути. На его жутком лице расползлась довольная усмешка. Элессар тихо всхлипнул и впервые в своей жизни потерял сознание от безграничного ужаса.

Дальнейшие события всем случайным очевидцам показались похожими на пьяный бред, что было неудивительно, если брать в расчёт всех, кто принял участие в развязке.
Сначала под ноги Мерунесу бросился хаджит, голося что-то вроде «М’Айк не даст красному тупице обидеть жёлтого котёнка!». Дагон проигнорировал героический поступок кота, наступил на него и… поскользнулся. Нелепо взмахнув всеми четырьмя руками, лорд даэдра рухнул как срубленный дуб. От удара исполинской туши об землю, казалось, содрогнулся весь Имперский город. А хаджит, целый и невредимый, как ни в чём не бывало, вскочил на ноги и кинулся к бессознательному альтмеру, чтобы утащить его с дороги за ноги.
Не успел великан подняться, как рядом с ним из воздуха соткалась ещё одна гигантская фигура, в которой невозможно было не узнать Принца Безумия.
Шеогорат сходу огрел Дагона тростью по голове.
– Ты почто кота моего обидел, гад? Обойдёшься теперь без власти над Нирном, хватит, наигрался!
С этими словами повелитель сумасшествия отвесил Мерунесу смачный пинок, отправляя его в пылающий красным портал.
– И так будет с каждым! – пафосно возвестил Шеогорат, вскинув к небу трость, и исчез.

Глава пятая, в которой автор разгребает последствия своего произвола, делает внезапный ход Маннимарко, и проявляет решимость Лесс


Кризис Обливиона внезапно кончился. Мартин, не растерявшись, всё же добежал до храма и зажёг Драконьи Огни, тем самым вступив в права наследования. Новоиспечённый император, конечно же, не забыл про тех, кто был рядом с ним, особенно много почестей навалилось на Маркуса. Имперец, уставший от ответственной миссии и прочих важных дел, пытался отказаться от высокой чести и звания Защитника Сиродиила, но все мы знаем, как хорошо умеют убеждать Септимы.
В память о чудесном спасении жители города возвели на храмовой площади памятник, изображающий Шеогората, сидящего на троне и наглаживающего большого и толстого кота. Глаза Принца Безумия и его животного стараниями магов обрели цвет, жизнь и способность светиться в темноте, и теперь по ночам за случайными прохожими неотрывно следили два звериных взгляда. Вскоре после открытия к каменному изваянию подошёл хаджит, известный как М’Айк Лжец, потыкал в кошака пальцем, глубокомысленно изрёк: – «Не похож», – и торжественно удалился.
Месяцы, когда длилось вторжение, признали переходным периодом, и нынешний год был объявлен началом новой, четвёртой эры.

Лесс проснулся только на следующее после изгнания Мерунеса утро, со смутным ощущением того, что накануне было страшно. Обнаружив себя не дома, в Бруме, а в гостевых комнатах Университета Волшебства, он всерьёз задумался над тем, сколько же вчера выпил, и по какому поводу, собственно, была гулянка.
Поинтересовавшись новостями, Элессар был, мягко говоря, в шоке, как от услышанного, так и от проснувшихся воспоминаний. Но он был жив, а это главное. А ещё безмерно радовал Лесса тот факт, что на войну его теперь точно не отправят.
На некоторое время вислоухий задержался в Университете, ему было любопытно узнать, что же произошло в магической среде за время его жизни на севере. Как оказалось, пока Империя дружно боролась с дремора, Гильдия Магов тоже нескучно проводила время.
Несколько лет назад между Ганнибалом Травеном и Маннимарко вспыхнул острый конфликт, возникший на почве того, что первому совершенно не давалась некромантия, тогда как второй был ведущим специалистом. Архимаг не поленился перерыть кипу старых летописей, чтобы отыскать одно древнее уложение, которое запрещало некромантию и которое в своё время забыли отменить, после доказательства того, что использовать мертвецов можно и во благо. Этим самым документом Ганнибал воспользовался, чтобы выгнать из гильдии всех магов, имевших дело со Смертью. Маннимарко, естественно, обиделся и ушёл, пообещав создать собственный магический орден, с зомби и личами. До сих пор о некромантах ничего не было слышно, но во время Кризиса Обливиона начали поступать сообщения о бродячих мертвецах и оживших скелетах. Травен был серьёзно обеспокоен этим фактом, небезосновательно полагая, что Маннимарко начал действовать.
Лесс, осмыслив информацию, пришёл к выводу, что не зря он скрыл информацию о своей способности к превращениям, иначе его тоже могли выставить из зависти, объявив адептом запретного искусства, и на этом до поры до времени выбросил некромантов из головы.
Надолго в Университете Элессар решил не задерживаться, мало ли что могло случиться с его домом за время отсутствия хозяина. Воры так и бродят, так и бродят по ночам!
Непосредственно перед отъездом к нему подошёл Раминус Полус и попросил убедиться, что в Брумском отделении всё в порядке. Вчера они не вышли на связь, что могло оказаться как очередной шуткой Воланаро, так и серьёзной неприятностью. Лесс согласился, не желая спорить с руководством.

Маннимарко долго ждал подходящего момента. Сперва они были слабы и прятались по подземельям, как крысы. Потом, когда всё было готово к первому наступлению, грянул Кризис Обливиона, и Король Червей благоразумно решил немного подождать. Расчёт главы некромантов оправдался, война закончилась спустя несколько месяцев, жители Сиродиила вздохнули спокойно. И расслабились.
Своей целью изгнанник выбрал Бруму, где было самое слабое отделение. Да что уж говорить, если тамошняя управительница не могла колдовать без учебника под боком!
Они напали внезапно. Всё должно было кончиться в несколько минут, но на пути воинства мертвецов встал воин дремора, судя по рогам – далеко не кайтифф, – а за спиной демона виднелся остроухий силуэт демонолога.
– Воланаро! – Маннимарко вспомнил своего родича, с которым неоднократно пересекался в Университете. – Какими судьбами ты в этом захолустье?
– Я здесь живу и работаю, – пожал плечами альтмер-шутник. – Тут тихо и спокойно, и относятся к моим розыгрышам куда терпимее, чем в столице.
– Идём со мной! – позвал глава некромантов. – Мы похожи, оба обращаемся к помощи тёмных тварей, – Маннимарко кивнул на злобно оскалившегося дремора. – Разница лишь в том, что у моих не бьётся сердце. Что тебя держит здесь, среди низших рас?
Воланаро покачал головой:
– У нас с тобой нет ничего общего, кроме происхождения. Я живу ради новых знаний и хороших шуток, а ты… Опомнись, разве поступать так достойно настоящего мага? – демонолог обвёл рукой входную залу, где зомби с голодным урчанием обступили труп Джины Фрасорик. – Ты убиваешь своих же из глупой мести старому пердуну! Ты безумен, Маннимарко!
Король Червей хрипло расхохотался.
– Сколько пафоса, сколько экспрессии!.. Глупец! Что ж, я предлагал тебе шанс, ты сам от него отказался.
По мановению руки некроманта его воинство ринулось в бой.

Ещё только пройдя сквозь городские ворота, Элессар заподозрил неладное. Люди передвигались по улицам короткими перебежками, на него косились, раздавались неприязненные щепотки. Спиной чувствуя горящие взгляды местных и стараясь держаться с достоинством, Лесс шёл к гильдии магов. Его ноздрей коснулся ни с чем не сравнимый запах огня, смерти и горелой плоти. Вислоухий ускорил шаг, в его душе одно за другим рождались дурные предчувствия и жуткие предположения. Но реальность оказалась страшнее фантазии.
Распахнув дверь дома, в котором располагалось отделение, Элессар тут же согнулся в приступе тошноты, не сумев совладать с собой. Увиденная им картинка была куда более впечатляющей, чем даже поле битвы за Бруму после закрытия порталов. Лесс вспомнил трупы дремора и защитников, валяющиеся вповалку на снегу, снова вдохнул насыщенный запахом смерти и разлагающихся тел воздух, и его во второй раз вывернуло наизнанку. Выпрямившись, он, словно против воли, заглянул в зал. Увиденное никак не складывалось в цельное изображение, сознание выхватывало то одну тошнотворную деталь, то другую.
Немного постояв на пороге, Лесс развернулся и медленно побрёл обратно. Его уши бессильно поникли, и сам он стал похож на выброшенного на мороз щенка. Зайти в дом Элессар так и не решился, хотя следовало проверить всё на наличие выживших. «Только не после пожара», – сказал он сам себе, – «Судя по запаху, прошёл день или два, даже если кто-то и выжил в бойне, морозы точно убили его. Я ничем не мог помочь, потому что был в пути».
Ещё один пренеприятный сюрприз ждал эльфа возле конюшен. Его лошади не было на месте, вместо неё на земле лежал зомби с пробитой копытом головой, да вела вдаль ровная дорожка следов.
«Беги, Лесс», – вкрадчиво сказал внутренний голос. – «Незачем тебе втравливаться в эти разборки, это совершенно не твоё дело, зато здесь можно легко попасть под удар».
И в этот момент альтмер впервые в жизни проявил решимость.
«Нет!» – Элессар упрямо мотнул головой. – «Мне надоело бегать! Хватит!»
– Хватит! – повторил Лесс вслух. – Я устал всё время убегать, и поэтому я ухожу! В Скайрим!



@темы: картинки, ФБ-2012, Облив, повести, творчество